ГОСУДАРСТВЕННЫЕ МЕГАТРЕНДЫ В КОНТЕКСТЕ КОМПОЗИЦИИ ФОРМ СОВРЕМЕННОГО ПРАВА
Аннотация и ключевые слова
Аннотация (русский):
Целью данной статьи является анализ влияния соотношения юридических и неюридических (этнических) форм права на специфику проявления в государстве одной из двух глобальных тенденций международных отношений – национализации и наднационализации. Автор приходит к следующему выводу: юридическое право выступает фактором, ведущим к автономизации государства, так как детерминирует однообразное поведение всех своих граждан, независимо от их этнической принадлежности, что актуализирует тенденции идентификации личности, прежде всего, с государством, а, затем с национальным единством. Этническое право, наоборот, связывает людей на основе общих национальных интересов и идей, вне зависимости от гражданства (подданства), что, в конечном итоге, в связи с доминированием этнических особенностей над политико-правовыми составляющими, приводит к ин-теграции государств, оптимизации национально обусловленных миграционных процессов. Методология, используемая при работе над данным исследованием, представлена индукцией, сравнением, анализом, системным, аксиологическим и культурологическим методами познания. Кроме того, автор опирался на всеобщий диалектический научный метод.

Ключевые слова:
форма права, государственное право, этническое право, мегатренды, миграция, международные отношения, национализация, наднационализация, регионализация, глобализация
Текст

Международные отношения на настоящем этапе развития человеческого общества характеризуются высокой степенью динамичности, непредсказуемостью и противоречивостью. Вместе с тем, закономерности функционирования современных государств в определенной степени представляется возможным определить через  констатацию ряда базовых мегатрендов (глобальных тенденций)[1], исследование которых позволит прогнозировать дальнейшую эволюцию субъектов международного права и подвергать анализу уже существующие социальные процессы. Среди таких тенденций необходимо, в частности, назвать в некоторой степени оппозиционные друг другу интеграцию (наднационализацию) и национализацию государств. Именно эти тенденции и характер их трансформации под воздействием сложившейся в различных государствах системы форм права являются объектом исследования настоящей статьи.

Под национализацией в данном случае следует понимать актуальный в настоящее время тренд сближения государств, имеющий следствиями: вступление в многочисленные союзы, блоки, ассоциации, содружества и прочее; интенсификацию миграционных процессов; унификацию ряда социальных ценностей, порядков, форм жизнедеятельности, в том числе, и законодательной базы; признание существования государств-лидеров (сверхдержав) и необходимости подражания им, как в правовой, так и в политической сферах. Следует отметить, что объединение стран позволяет достичь эмерджентности, то есть, такого эффекта, когда свойства системы в целом качественно отличаются от свойств всех входящих в нее составляющих. Так, союзы государств эффективнее и быстрее решают проблемы, сдерживают друг друга от проявления международной агрессии, экономически коррелируют и взимодополняют свои хозяйственные и прочие сферы.

Объединение в союзы, блоки, ассоциации, содружества и прочее, как показал почти вековой опыт европейских международных отношений, не ограничивают суверенитет государств. Наоборот, включенность в межгосударственные процессы, участие в международных организациях, количество заключенных межгосударственных договоров и соглашений – показатели статусности страны, ее возможности влиять на мировые политические процессы.   

Такая интегрированность проявляется, как на глобальном, так и на региональном уровнях, что связано с полицентричностью современной политики, когда, помимо общепризнанного авторитета сверхдержав, каждый регион ориентируется на собственных экономических, ресурсных и финансовых лидеров, детерминирующих центростремительные тенденции в отношении своих географических соседей.   

Национализация подразумевает стремление государств к автономии на основе отождествления своих юридических границ с ареалом распространения представителей титульной нации. Такая интенция вызвана необходимостью минимизировать негативные последствия наднационализации, связанные с нивелированием национальной идентичности, размыванием культурных ценностей и духовных основ того или иного народа.

Следует отметить, что в современном мире данный мегатренд вторичен по отношению к интеграционным процессам и является «наследием» Вестфальской системы международных отношений, когда одним из итогов Тридцатилетней войны в Европе выступил в 1648 году призыв идентифицировать представителей данной нации исключительно с гражданами (подданными) данного государства. В противоположность этому мегатренду, интеграция – доминирующая тенденция развития современных государств, целесообразность которой впервые на официальном уровне была закреплена в Версальском мирном договоре 1919 года, положенном в основу создания Лиги Наций, в дальнейшем трансформировавшейся в Организацию Объединённых Наций. После окончания Первой мировой войны в начале XX века особенно остро встала проблема объединения стран для решения возникающих глобальных вопросов, связанных с существованием человечества в целом, что положило начало процессам консолидации. 

С указанными выше мегатрендами геополитики непосредственно связаны протекающие внутри государственных образований правовые процессы. Так, объективно складывающееся в результате полиструктурированности социума многообразие форм современного права[2] также выступает причиной доминирования в конкретном государстве одного из обозначенных мейнстримов международных отношений. Представляется необходимым акцентировать внимание, прежде всего, на таких составляющих общей системы форм права, как государственное и этническое (национальное) право.

Подобно анализируемым выше мегатрендам, данные формы права в определенной степени противоположны друг другу, хотя и ориентированы на достижение общей цели – оптимизации жизни социума, посредством достижения общественного консенсуса, разрешения противоречий, возникающих в процессе жизнедеятельности, распределения социальных ролей и функций, максимально возможного рационального удовлетворения базовых потребностей, баланса конкуренции социальных интересов.  

Государственное право представляет собой систему общеобязательных формально закреплённых в нормативных правовых актах правил поведения, санкционированных и охраняемых государством. Это - официальное юридическое внутреннее право каждого государства. В общем смысле источником такого права является государственная власть в лице представительных и исполнительных (в случае подзаконного правотворчества) органов. Право государства представляет собой формально упорядоченную систему норм, получающую внешнее оформление в виде официальных документов.

Этническое право – это наиболее целесообразные, рациональные правила поведения, складывающиеся на основе обычаев и традиций отдельных народностей, признаваемые их представителями на добровольной сознательной основе, и в этой связи практически не требующие мер санкционного воздействия. Эта форма права не является жестко систематизированной, не имеет формального закрепления и не всегда коррелирует с юридическими правилами поведения (государственным правом).[3] Однако близость «духу» общества, его отдельным группам – национальным единствам, обеспечивает в среде представителей данных этносов этому праву практически абсолютную легитимность, а, значит, высокий уровень правопорядка в государстве, состояние оптимального нормирования жизни общества, низкий уровень числа совершаемых правонарушений.

Распространение этнического права не связано государственными границами и зависит от ареала жизни представителей этноса, что качественно отлично от сферы действия юридического права, лимитированного официально установленными в нормативных правовых актах географическими ориентирами.

Национальные интересы и идеи выступают в контексте личностной акселогии более значимыми и первичными, по сравнению с политическими и юридическими аспектами. Это выступает причиной более высокой степени легитимности, содержательности и укорененности в правосознании представителей различных народов этнического права. Поэтому данная форма права практически не зависит от установленных границ государства и выступает системообразующей для многих социальных систем. Государства объединяются для решения общих проблем, чему залогом, в том числе, выступают их единое историческое прошлое, ментальная тождественность, духовность, национальные интересы, идеи, ценности, семейные узы.   

Так, чем более в государстве выражено явление этнического права, характерного для титульной народности, тем более предрасположенным к интеграции оно будет являться. В этом случае законы государства будут либо не столь значительны, либо вторичны по отношению к правилам жизни этноса. Понятие гражданства уступит в сознании членов социума понятию национальности.

В то же время, необходимо иметь в виду следующее: вырождение национальной идеи в фундаментализм и иные радикальные проявления, то есть, гипертрофированное выражение этнического права, приводит к обратным последствиям – замкнутости и агрессивной внешней и внутренний политики правящей власти, стремлению демонстрировать свою  национальную и конфессиональную аутентичность в ущерб нормальной межгосударственной и международной коммуникации. Поэтому подчеркивание национальной идеи, национализма позитивно до момента их трансформации в форму крайнего нацизма.

В отличие от этнического права, не являющегося юридическим, государственное право направлено на объединение людей, проживающих на одной территории, в пределах официальных границ и имеющих общее гражданство. Права и свободы (за исключением права и свобод человека как представителя высшего разумного биологического вида, закреплённых в международных документах) связаны с наличием гражданства (подданства) данного государства. И, не смотря на то, что более интенсивные, по сравнению с национализацией, процессы наднационализации оказывают влияние на право, и многие правовые конструкции в различных странах тождественны друг другу (что также связано с обширной рецепцией римского права государствами, расположенными на прежней территории великой империи древних римлян), основная цель юридического права – охрана прав своих граждан, независимо от их этнической принадлежности, локализации, пола, возраста, иных критериев. С этим также непосредственно связан запрет на экстрадицию своих граждан, в том числе, совершивших правонарушение на территории другого государства. Все это приводит к стимулированию процессов сближения людей на основе гражданства, указанного в паспорте или другом официальном идентифицирующем документе.

Как следствие, межгосударственные конфликты закономерно наносят ущерб национальным связям. Представители одной нации, проживающие на территории разных государств, отдаляются друг от друга. Государственное право в определенной степени выступает оппозиционно по отношению к этническому праву, инициируя процессы автономизации государств и их граждан.

Таким образом, необходимо отразить ряд выводов по настоящему исследованию.

Во-первых, юридическое (государственное) право выступает фактором, ведущим к автономизации государства, так как детерминирует однообразное поведение всех своих граждан, независимо от их этнической принадлежности, что актуализирует тенденции идентификации личности, прежде всего, с государством (а затем с национальным единством), обособления государств друг от друга. Этническое право, наоборот, связывает людей на основе общих национальных интересов и идей, вне зависимости от гражданства (подданства), что, в конечном итоге, в связи с доминированием этнических особенностей над политико-правовыми составляющими, приводит к интеграции и самих государств. Так, преобладание одной из форм права обусловливает первенство для государства того или иного мегатренда современных международных отношений.

Во-вторых, идеальным ориентиром представляется достижение баланса двух данных форм права, композиционное сочетание этнических и государственно-политических начал, позволяющее, с одной   стороны, охранять уникальность национальных идей, ценностей, неповторимость этнических традиций и обычаев, а, с другой стороны, на высоком уровне поддерживать  правовые интересы и свободы граждан государств.

В-третьих, в рамках действующих мегатрендов также целесообразно поддержание паритетности двух рассмотренных тенденций, что, в конечном итоге, позволит государствам не в ущерб собственной идентичности активно участовать в международных отношениях, заключать межгосударственные договора, обладать членством в международных организациях.     

[1] См.: Нейсбит Дж. Мегатренды. М.: ACT, Ермак, 2003.

[2] См.: Малахов В.П. Общая теория права и государства. Курс лекций. Москва: ЮНИТИ-ДАНА, 2018/

 

[3] См.: Лановая Г.М. Неюридические формы современного права // В сборнике: К 40-летию образования кафедры государственно-правовых дисциплин Московской высшей школы милиции МВД СССР. Сборник научных статей. Москва, 2015. С. 150-166.

 

 

Список литературы

1. Лановая Г.М. Неюридические формы современного права // В сборнике: К 40-летию образования кафедры государственно-правовых дисциплин Московской высшей школы милиции МВД СССР Сборник научных статей. Москва, 2015. С. 150-166.

2. Малахов В.П. Общая теория права и государства. Курс лекций. Москва: ЮНИТИ-ДАНА, 2018.

3. Нейсбит Дж. Мегатренды. М.: ACT, Ермак, 2003.