UDC 631.53.048
Influence of seeding rate on yield and oil output of spring rapeseed, cultivated no-till technology, was assessed in 2023-2025 field experiment, conducted on leached chernozem of Muslyumovskiy District of the Republic of Tatarstan. Kyurri and Kultus hybrids were studied at seeding rates of 500, 600, 700, and 800 thousand viable seeds/ha in a two-factor design with four replicates. Weather conditions during the study years formed a contrasting series in moisture availability and temperature regime, which made it possible to evaluate the stability of technological solutions. The average yield in the experiment increased from 3.22 t/ha in 2023 to 3.42 t/ha in 2024 and 3.90 t/ha in 2025; Kyurri hybrid had an average yield advantage (3.57 t/ha) compared to Kultus (3.46 t/ha). The response to the seeding rate varied: for Kyurri, yield growth was maintained with an increase in the rate to 700-800 thousand seeds/ha, while for Kultus, the maximum was recorded at 600 thousand seeds/ha and decreased at 700-800 thousand seeds/ha. The average seed oil content was higher at 600-700 thousand seeds/ha; for Kyurri, the maximum average value was 600 thousand seeds/ha (44.00%). Gross oil yield as an integral performance criterion (yield × oil content) showed an optimum of 700 thousand viable seeds/ha for Kyurri (1.585 kg/ha) and 600 thousand viable seeds/ha for Kultus (1.545 kg/ha); for Kultus, at 700-800 thousand seeds/ha, a risk of decreased oil yield was identified in some years. The obtained data provide a regionally verified justification for seeding rates for modern rapeseed hybrids in the no-till system on leached chernozems of the Republic of Tatarstan, with a focus on maximizing oil yield.
rapeseed, hybrids, seeding rate, no-till, oil content, yield, oil harvest, chernozem, Tatarstan.
Введение. Яровой рапс (Brassica napus L.) относится к числу наиболее экономически значимых масличных культур благодаря высокой технологической ценности масла и белковому потенциалу шрота, а также широкому спектру направлений использования продукции в пищевой и промышленной цепочках [1, 2, 3]. В условиях трансформации агропроизводства в сторону ресурсосбережения и снижения углеродного следа возрастает роль культур, сочетающих высокую продуктивность с возможностью интеграции в почвозащитные системы земледелия и диверсификацию севооборотов. Для регионов лесостепной зоны Среднего Поволжья это особенно актуально на фоне межгодовой неустойчивости влагообеспеченности и температурного режима, когда эффективность технологии все в большей степени определяется устойчивостью генотипа и точностью настройки параметров посева [4, 5, 6].
Одним из ключевых управляемых факторов формирования продуктивности рапса является плотность (густота) стеблестоя, задаваемая нормой высева. Плотность посева определяет архитектонику агроценоза, распределение фотосинтетически активной радиации в посеве, конкурентные отношения за влагу и элементы питания, а также уровень компенсации по элементам структуры урожая (число стручков на единицу площади, семян в стручке, масса 1000 семян) [7]. Результаты исследований показывают, что оптимум плотности может существенно смещаться в зависимости от гибридов, продуктивного фона, уровня азотного питания и стрессов сезона; при этом как низкая плотность стеблестоя, так и избыточное загущение способны ограничивать реализацию потенциала урожайности и стабильность результата [8, 9]. Для технологий прямого посева (No-till) значение данного фактора усиливается, поскольку стартовые условия (температура и влажность посевного слоя, неоднородность растительных остатков, динамика сорной растительности) повышают требования к точности формирования стеблестоя и его конкурентоспособности [10,11].
Наряду с урожайностью, важнейшим критерием эффективности возделывания рапса является масличность, формирующаяся под влиянием генотипа и условий периода цветения–налива, а также тесно связанная с обеспеченностью посева ресурсами при различной плотности стояния. Известно, что изменение плотности стояния и уровня питания может приводить к разнонаправленным эффектам по урожайности и качеству, вследствие чего наиболее корректным целевым показателем для оптимизации технологии служит валовой сбор масла — интегральный результат произведения урожайности на масличность [12]. В отечественных исследованиях также подчеркивается необходимость согласования норм высева и фона питания с учетом сортовых особенностей, технологических систем и условий года [13, 14, 15].
Для условий Республики Татарстан практико-ориентированная задача заключается в технологически обоснованном подборе норм высева для современных гибридов ярового рапса, в том числе устойчивых к гербицидам производственной схемы «Clearfield», при возделывании по технологии No-till на выщелоченных черноземах. Несмотря на наличие данных по отдельным элементам технологии, сохраняется дефицит регионально верифицированных результатов, позволяющих сопоставить реакцию гибридов на норму высева не только по урожайности, но и по показателям качества и валового выхода масла в контрастных погодных сценариях сезона [16, 17, 18].
Цель исследования – научно обосновать диапазон норм высева, обеспечивающих максимизацию валового сбора масла и устойчивую реализацию урожайности и масличности семян гибридов Кюрри КЛ и Культус КЛ при возделывании по технологии No-till на выщелоченном черноземе Республики Татарстан в контрастных по влагообеспеченности условиях 2023–2025 гг.
Условия, материалы и методы. Полевые исследования проводили в 2023–2025 гг. на испытательном полигоне ООО «Август-Муслюм» (Муслюмовский район, Республика Татарстан). Почва опытного участка – выщелоченный чернозем со следующими агрохимическими показателями: содержание гумуса – 2,47%, pH солевой вытяжки – 6,6, подвижного фосфора (P₂O₅) по методу Чирикова – 142 мг/кг, обменного калия (K₂O) – 117 мг/кг. Предшественник – яровая пшеница. Технология возделывания – No-till.
Для исследования выбраны гибриды ярового рапса Культус КЛ и Кюрри КЛ как представители технологии Clearfield, обеспечивающей унификацию системы защиты посевов, и как материалы разных групп спелости (среднеспелый и среднепоздний), контрастные по морфобиологическим признакам (устойчивость к полеганию/осыпанию, особенности формирования урожая), что позволяет корректно оценить реакцию генотипов на норму высева в различных агрометеорологических условиях.
Изучали влияние двух факторов на продуктивность ярового рапса:
- Фактор А (гибрид): Культус КЛ и Кюрри КЛ.
- Фактор В (норма высева): 500, 600, 700 и 800 тыс. всхожих семян/га.
Площадь учетной делянки – 200 м², повторность четырехкратная, расположение делянок систематическое.
Посев проводили сеялкой Bourgault FMS CD 872 с одновременным рядковым внесением минеральных удобрений (азофоска – 100 кг/га + карбамид – 120 кг/га). В течение вегетации выполняли две листовые подкормки карбамидом (по 7 кг/га каждая).
Система защиты растений включала:
1. Гербициды: до посева – Торнадо, 2 л/га (сплошного действия); в фазе 3–4 листьев культуры – Галион, 0,3 л/га (против двудольных); в фазе 8 листьев – Квикстеп, 0,75 л/га (против злаковых).
2. Инсектициды: четыре обработки против комплекса вредителей (Герольд, 0,9 л/га; Стилет, 0,35 л/га; Аспид, 0,15 л/га; Скарабей, 0,4 л/га).
3. Фунгициды: обработка баковой смесью Колосаль, КЭ (0,5 л/га) и Интрада, СК (0,8 л/га).
Десикация: предуборочная обработка препаратом Суховей, 2 л/га.
Агрометеорологические условия в период проведения полевых опытов (2023–2025 гг.) отличались значительной гетерогенностью, сформировав контрастный ряд по ключевым показателям – температурному режиму и обеспеченности осадками. Это позволяет оценить устойчивость изучаемых агроприемов к различным погодным стрессам. 2023 год характеризовался экстремально засушливыми условиями в первую половину вегетации (сумма осадков за май–июнь составила лишь 29,65 мм при норме 89,2 мм) в сочетании с наиболее высокой среднесуточной температурой за период (18,1°C), особенно в июле (21,5°C) при норме соответственно 15,7 и 20,0 °C. Такое сочетание факторов создало режим выраженной почвенно-атмосферной засухи, лимитировавшей начальное развитие культуры. В 2024 году условия были принципиально иными: вегетация началась с аномально холодного мая (9,5°C), что замедлило появление всходов и ранний рост, однако последующий период (июнь–август) отличался обильным, хотя и неравномерным, увлажнением (максимум осадков в июне – 96,9 мм). 2025 год выделялся как умеренно теплый, но наиболее влажный за весь период исследований, с рекордным количеством осадков, пришедшихся на август (120,0 мм). Таким образом, контрастные условия трех лет – от жарко-засушливых до прохладно-влажных и умеренно-переувлажненных – обеспечивают репрезентативность полученных экспериментальных данных для оценки адаптивного потенциала гибридов ярового рапса и оптимизации норм высева.
Статистическую обработку результатов проводилась с использованием компьютерных программ по методике Б.А. Доспехова, включая дисперсионный анализ при наименьшей существенной разнице (НСР05).
Результаты и обсуждение. Урожайность семян ярового рапса при возделывании по технологии No-till формировалась под выраженным влиянием погодных условий года, а также зависела от генотипа и нормы высева (рис. 1).
Рисунок 1 – Урожайность гибридов ярового рапса в зависимости от нормы высева (данные приведены к стандартной влажности 7%) (2023-2025 гг.)
Средние значения урожайности по опыту демонстрировали повышение продуктивности от 2023 к 2025 гг.: в 2023 г. средняя урожайность составила 3,22 т/га, в 2024 г. – 3,42 т/га, а в 2025 г. достигала 3,90 т/га. Данная динамика указывает на значимость агрометеорологического фактора как ключевого лимитирующего фактора реализации потенциала культуры, что проявлялось в изменении уровня урожайности во всех вариантах опыта.
Сравнение гибридов в среднем за 2023–2025 гг. показало преимущество Кюрри КЛ (3,57 т/га) над Культус КЛ (3,46 т/га), однако характер изменения урожайности по годам свидетельствовал о наличии взаимодействия «генотип × среда» (рис. 1). Так, в 2023 и 2025 гг. более высокие значения отмечались у Культус КЛ, тогда как в 2024 г. гибрид Кюрри КЛ обеспечивал более высокий уровень продуктивности по всем нормам высева. Подобная разнонаправленная реакция по годам подтверждает, что сравнительная эффективность гибридов определяется не только их потенциальной продуктивностью, но и адаптивностью к конкретным условиям вегетационного периода.
Реакция на норму высева была специфичной (рис. 1). Для Кюрри КЛ наблюдалась устойчивая тенденция увеличения средней урожайности при повышении нормы высева от 500 до 700–800 тыс. всхожих семян/га от 3,45 до 3,63 т/га, при этом максимальное среднее значение урожайности за период достигалось при 800 тыс./га – 3,63 т/га, практически совпадая с уровнем 700 тыс./га – 3,62 т/га. Напротив, для Культус КЛ оптимум приходился на умеренную густоту: наибольшая средняя урожайность фиксировалась при 600 тыс./га – 3,57 т/га, тогда как дальнейшее загущение до 700–800 тыс./га сопровождалось снижением до 3,43–3,32 т/га. Следовательно, повышение нормы высева является более оправданной стратегией для Кюрри КЛ, тогда как для Культус КЛ высокие нормы высева повышают риск недореализации урожайности, особенно в менее благоприятных по влагообеспеченности и температурному режиму условиях.
В зарубежных полевых экспериментах по яровому рапсу в Великобритании экономически оптимальные густоты оценивались на уровне ≈47–65 растений/м², а целесообразная норма высева для ярового рапса – около 70 семян/м² (вместо часто применяемых 120–150 семян/м²), при этом для гибридов оптимум обычно ниже, чем для сортов-популяций, что связывают с более выраженной компенсаторной способностью и высокой стоимостью гибридных семян [19].
Полученные в наших опытах различия между гибридами дополняют эти выводы: Кюрри КЛ сохранял прибавку урожайности при повышении нормы до 700–800 тыс./га, тогда как у Культус КЛ фиксировался максимум при 600 тыс./га и тенденция к снижению при дальнейшей интенсификации загущения. Такая разнонаправленность реакции подтверждает, что для современных гибридов “универсальная” рекомендация по норме высева недостаточна: оптимум смещается в зависимости от генотипа и погодного сценария сезона.
Таким образом, анализ результатов опыта показал, что при выборе параметров сева целесообразно учитывать дифференцированный подход: для гибрида Кюрри КЛ предпочтительными являются нормы 700–800 тыс. семян/га (на уровне максимальных средних значений), тогда как для гибрида Культус КЛ более рациональны нормы 500–600 тыс. семян/га, обеспечивающие наилучшее соотношение продуктивности и устойчивости результата по годам.
Масличность семян является ключевым показателем качества продукции ярового рапса, определяющим выход масла и экономическую эффективность возделывания. Формирование данного признака обусловлено генотипическими особенностями гибридов и существенно зависит от условий в период цветения–налива семян, а также от густоты стояния растений, задаваемой нормой высева. В связи с этим анализ масличности в разрезе факторов «гибрид × норма высева × год» позволяет оценить стабильность качества продукции и обосновать технологические параметры, обеспечивающие получение семян с высокой долей масла.
По данным рисунка 2, масличность семян в годы исследований варьировала в пределах 40,89-44,65%, что подтверждает заметную роль условий года в реализации качественных показателей рапса. В среднем по всем вариантам наиболее высокие значения были получены в 2024 г. (43,72%), несколько ниже — в 2023 г. (43,57%), тогда как в 2025 г. отмечено снижение до 42,72%.
Рисунок 2 – Масличность гибридов ярового рапса в зависимости от нормы высева, % (2023-2025 гг.)
Сравнение гибридов показало устойчивое преимущество Кюрри КЛ по среднему уровню масличности за 2023–2025 гг. (43,64%) относительно Культус КЛ (43,03%). При этом гибрид Кюрри КЛ характеризовался более стабильной реализацией признака по годам (средние значения: 43,54-43,99%), тогда как у Культус КЛ наблюдалась повышенная изменчивость, особенно в 2025 г. (среднее по гибриду 42,03% против 43,45–43,61% в 2023–2024 гг.). Следовательно, генотипические различия проявлялись не только в уровне признака, но и в его устойчивости к условиям сезона.
Влияние нормы высева носило умеренный характер, однако имело выраженную специфичность по гибридам. В среднем по двум гибридам наибольшая масличность была получена при 600 тыс. семян/га (43,62%) и 700 тыс. семян/га (43,50%), тогда как при 500 и 800 тыс. семян/га показатель был ниже (43,10 и 43,14% соответственно). Для Кюрри КЛ оптимум по среднему значению за три года соответствовал 600 тыс. семян/га (44,00%); увеличение нормы до 800 тыс./га сопровождалось снижением до 43,34%. Для Культус КЛ различия между 600 и 700 тыс./га были минимальными (43,23–43,24%), однако пониженная масличность чаще фиксировалась при 500 и 800 тыс./га (42,72–42,93%). В совокупности это указывает, что повышение густоты стояния не гарантирует роста масличности и может приводить к ее снижению, причем степень реакции определяется генотипом.
Влияние густоты на масличность в нашем опыте было умеренным и нелинейным (максимум при 600–700 тыс./га). Аналогично, в многофакторных опытах в Западной Австралии отмечено, что при увеличении густоты масличность чаще слегка возрастает, чем снижается, однако эффект обычно невелик (менее 1 процентного пункта в диапазоне изученных плотностей), и потому практическое решение следует принимать с опорой на интегральный показатель (урожайность × масличность), а не на масличность отдельно [20].
Валовой сбор масла является интегральным показателем товарной продуктивности ярового рапса, поскольку отражает одновременное влияние урожайности семян и их масличности. В отличие от оценки только урожая или только качества, данный показатель наиболее полно характеризует эффективность генотипа и параметров посева в конкретных условиях года. Поэтому анализ валового сбора масла в разрезе факторов «гибрид × норма высева × год» позволяет обоснованно определить технологические решения, обеспечивающие максимальный выход целевого продукта – рапсового масла – при возделывании культуры по технологии No-till в условиях Республики Татарстан.
В среднем по всем нормам высева более высокий и устойчивый валовой сбор масла обеспечивал Кюрри КЛ (средние по вариантам 1500–1585 кг/га) по сравнению с Культус КЛ (средние 1427–1545 кг/га). При этом для Кюрри КЛ характерна меньшая амплитуда различий между нормами высева (размах средних значений ~85 кг/га), что свидетельствует о более стабильной реализации признака при изменении густоты стояния растений (рис. 3).
Рисунок 3 – Выход масла с единицы площади у гибридов ярового рапса в зависимости от нормы высева, кг/га (среднее за 2023-2025 гг.)
Максимальный средний валовой сбор масла у гибрида Кюрри КЛ получен при 700 тыс. семян/га — 1585 кг/га, близкие значения – при 800 тыс./га (1572 кг/га) и 600 тыс./га (1565 кг/га). Минимум — при 500 тыс./га (1500 кг/га). Следовательно, для данного гибрида повышение нормы высева до 600–800 тыс./га в целом способствует росту выхода масла, с оптимумом на уровне 700 тыс./га.
Для гибрида Культус КЛ наилучший средний результат отмечен при 600 тыс./га – 1545 кг/га, далее следует 500 тыс./га – 1506 кг/га. При увеличении нормы до 700 и особенно 800 тыс./га наблюдалось снижение до 1482 и 1427 кг/га соответственно. Таким образом, для Культус КЛ загущение посева выше 600 тыс./га нецелесообразно, поскольку приводит к уменьшению выхода масла на гектар.
Реакция на норму высева существенно менялась по годам, особенно у Культус КЛ. В 2024 г. при повышении нормы высева у Культус КЛ наблюдалось резкое падение валового сбора масла при 700–800 тыс./га (1257 и 1176 кг/га), тогда как в 2025 г. при тех же нормах фиксировались одни из максимальных значений (1731 и 1687 кг/га). Это свидетельствует о высокой чувствительности гибрида к условиям года и вероятном усилении внутривидовой конкуренции при загущении в менее благоприятных условиях. У Кюрри КЛ подобные провалы не отмечены: в 2024–2025 гг. при 600–800 тыс./га значения стабильно высокие (1668–1703 и 1681–1697 кг/га), что подтверждает более предсказуемую отдачу гибрида при повышенной густоте.
Для максимизации валового сбора масла в условиях опыта оптимальные нормы высева различаются по гибридам: Кюрри КЛ – 700 тыс. всхожих семян/га, Культус КЛ – 600 тыс. всхожих семян/га. При этом Кюрри КЛ демонстрирует более стабильную технологическую реакцию, тогда как для Культус КЛ повышение нормы высева до 700–800 тыс./га повышает риск снижения выхода масла в отдельные годы.
Сопоставление с литературными данными показывает, что оптимальная норма высева существенно зависит от условий среды и экономических параметров. Так, в 24 экспериментах (2010–2014 гг.) в разных агроэкологических зонах Западной Австралии экономически оптимальные плотности варьировали очень широко (от 7 до 180 растений/м², медиана около 32 растений/м²), причём оптимум смещался между зонами увлажнения и типами генотипов; также подчёркивается чувствительность расчёта оптимума к полевой выровненности посева. Это методологически согласуется с нашими данными: в условиях No-till на выщелоченном чернозёме Татарстана эффект загущения проявлялся по-разному у двух современных гибридов Clearfield, а межгодовая контрастность по влаго- и теплообеспеченности приводила к изменению “цены” загущения прежде всего через усиление внутривидовой конкуренции [20].
Выводы. Установлены достоверные генотипические различия в реакции изучаемых гибридов на норму высева. Гибрид Кюрри КЛ проявлял устойчивую тенденцию к повышению урожайности при увеличении нормы до 700–800 тыс. семян/га, тогда как для гибрида Культус КЛ оптимальной по урожайности была норма 600 тыс./га, с последующим снижением при загущении.
Масличность семян в среднем по опыту варьировала от 42,72% до 43,72%, достигая максимальных значений при нормах высева 600–700 тыс./га. Гибрид Кюрри КЛ стабильно превосходил Культус КЛ по среднему уровню масличности (43,64% против 43,03%) и устойчивости данного признака по годам.
В качестве интегрального критерия эффективности, наиболее полно отражающего товарную продуктивность, подтверждена целесообразность использования показателя валового сбора масла (урожайность × масличность). Оптимальные нормы высева, обеспечивающие его максимизацию, различаются для гибридов:
- для гибрида Кюрри КЛ – 700 тыс. всхожих семян/га;
- для гибрида Культус КЛ – 600 тыс. всхожих семян/га.
Установлено, что повышение нормы высева для гибрида Культус КЛ до 700-800 тыс./га сопряжено с риском значительного снижения выхода масла в неблагоприятные по влагообеспеченности годы, что свидетельствует о высокой чувствительности данного гибрида к усилению внутривидовой конкуренции в загущенных посевах. Гибрид Кюрри КЛ показал более стабильную и предсказуемую реакцию на повышенные нормы высева в погодных условиях 2023-2025 гг.
1. Vasilev AN, Bogatyreva AS, Akmanaev ED. [Influence of pre-sowing tillage techniques on spring rape yield in the middle Cis-Urals]. Permskiy agrarnyy vestnik. 2025; 1(49). 31-37 p. doi:https://doi.org/10.47737/2307-2873_2025_49_31. EDN KOZQMH.
2. Kalabina DV, Lybenko ES, Khlopov AA. [Economic and biological assessment of spring rape varieties and hybrids in Kirov region]. Sibirskiy vestnik selskokhozyaystvennoy nauki. 2023; Vol.53. 9. 23-31 p. – doi:https://doi.org/10.26898/0370-8799-2023-9-3. EDN RAFBIB.
3. Prakhova TYa, Chetverikov FP, Letuchiy AV. [Agroecological assessment of spring rapeseed varieties in the forest-steppe conditions of Middle Volga region]. Agrarnyy nauchnyy zhurnal. 2024; 3. 47-54 p. doi:https://doi.org/10.28983/asj.y2024i3pp47-54. EDN MUPCEP.
4. Savenkov VP. [Increasing yield and collection of oil and protein in spring rape by improving primary tillage]. Agrarnyy nauchnyy zhurnal. 2024; 9. 58-63 p. doi:https://doi.org/10.28983/asj.y2024i9pp58-63. EDN BUEACB.
5. Zubkova TV. [Results of agroecological testing of spring rapeseed varieties in the forest-steppe conditions of Central Black Earth Region and analysis of the quality of oil obtained from its seeds]. Vestnik KrasGAU. 2022; 1(178). 69-75 p. doi:https://doi.org/10.36718/1819-4036-2022-1-69-75. EDN KAIHKC.
6. Shpanev AM, Smuk VV. [Influence of abiotic and anthropogenic factors on spring rapeseed yield formation in the North-West of the Russian Federation]. Agrarnaya nauka Evro-Severo-Vostoka. 2022; Vol.23. 3. 351-359 p. doi:https://doi.org/10.30766/2072-9081.2022.23.3.351-359. EDN XXZCOV.
7. Shishkin AA, Bogatyreva AS, Akmanaev ED. [Energy assessment of sowing methods and seeding rates in the agricultural technology of spring rape in the conditions of Middle Urals]. Permskiy agrarnyy vestnik. 2021; 2(34). 63-68 p. doi:https://doi.org/10.47737/2307-2873_2021_34_63. EDN XYZABI.
8. Gulidova VA, Kravchenko VA, Zakharov VL. Optimization of the soil agrophysical properties for spring rape on leached Black soil. Amazonia Investiga. 2020; Vol.9. No.29. 63-68 p. doi:https://doi.org/10.34069/AI/2020.29.05.8. EDN VRGOTB.
9. Devyatkin SA, Devyatkina TF, Batorshin RF. [Improving the spring rape for oilseeds cultivating technology in the south of Non-Chernozem zone]. Zernovoe khozyaystvo Rossii. 2020; 4(70). 19-22 p. doi:https://doi.org/10.31367/2079-8725-2020-70-4-19-22. EDN DKEKJV.
10. Lupova EI. [Features of spring rapeseed production for seeds using Clearfield technology at different sowing dates in Non-Black Earth Region]. Vestnik KrasGAU. 2020; 5(158). 62-68 p. doi:https://doi.org/10.36718/1819-4036-2020-5-62-68. EDN CGPFMQ.
11. Selyakov AA, Bogatyreva AS, Akmanaev ED. [Influence of sowing method and seeding depth on oilseeds yield of spring rape varieties in Middle Urals]. Permskiy agrarnyy vestnik. 2019; 1(25). 62-68 p. EDN ZOXXGO.
12. Selyakov AA, Bogatyreva AS, Akmanaev ED. [Influence of sowing methods on yield and biochemical composition of oilseeds of spring rape varieties in Middle Urals]. Vestnik Kazanskogo gosudarstvennogo agrarnogo universiteta. 2019; Vol.14. 2(53). 47-51 p. doi:https://doi.org/10.12737/article_5d3e15e176e394.69829005. – EDN VXCVLL.
13. Cherkasova EA, Rzaeva VV. [Influence of seeding rate on rapeseed yield in the North Kazakhstan region]. Vestnik KrasGAU. 2019; 12(153). 17-22 p. doi:https://doi.org/10.36718/1819-4036-2019-12-17-22. EDN ESIVWC.
14. Vafina EF, Fatykhov ISh, Islamova ChM. [Sowing dates and seeding rates in the technology of spring rapeseed cultivation]. Permskiy agrarnyy vestnik. 2018; 3(23). 42-48 p. EDN MGTLSX.
15. Tulkubaeva SA, Vasin VG, Abuova AB. [Cultivation of spring rapeseed in the conservation agriculture system in northern Kazakhstan]. Zemledelie. 2018; 1. 20-23. EDN YMYLWK.
16. Gabbasov II, Suleymanov SR, Safiollin FN. [Agronomic, energy and economic assessment of spring rapeseed hybrids cultivation on the calculated backgrounds of mineral nutrition in the soil and climatic conditions of the Republic of Tatarstan]. Agrokhimicheskiy vestnik. 2023; 3. 64-69 p. doi:https://doi.org/10.24412/1029-2551-2023-3-014. EDN APDOMQ.
17. Gushchina VA, Upolovnikov DA, Lykova AS. [Productivity and economic efficiency of spring rapeseed cultivation at different seeding rates]. Agrarnyy nauchnyy zhurnal. 2017; 3. 3-8 p. – EDN YMRDWV.
18. Akmanaev ED, Peshina YuS. [Comparative productivity of “winter crop - spring rape” crop rotation link depending on the type of intercrop and seeding rate of spring rape]. Permskiy agrarnyy vestnik. 2014; 4(8). 3-11 p. EDN RGHCIF.
19. Roques SE, Berry PM. The yield response of oilseed rape to plant population density. The Journal of Agricultural Science. 2016; Vol.154(2). 305-320 p. doi:https://doi.org/10.1017/S0021859614001373.
20. French RJ, Seymour M, Malik RS. Plant density response and optimum crop densities for canola (Brassica napus L.) in Western Australia. Crop and Pasture Science. 2016; Vol.67. 397-408 p. doi:https://doi.org/10.1071/CP15373.
