В статье рассмотрена проблема определения правовой природы категории «личная безопасность» и ее взаимосвязи с системой прав и свобод человека и гражданина в конституционном праве Российской Федерации. Анализируются международно-правовые документы, определяющие подходы к содержанию данного термина, и их трансформация в рамках современного периода, согласно которым общее содержание концепции безопасности личности основано на праве человека жить без нужды, страха и унижения. Сформулирован вывод о том, что безопасность не может быть признана новым правом человека в силу широты и неопределенности содержания данного термина. Вместе с тем право на личную безопасность, как оно изначально было сформулировано в международно-правовых документах о правах человека — “the right to liberty and security of person”, гарантируется действующим российским законодательством. Однако его содержание представляется автору чрезмерно узким и не соответствующим современному преставлению о личной безопасности. С точки зрения конституционно-правовой теории «безопасность личности» является конституционно-правовой ценностью, которая выражает тесную онтологическую связь между безопасностью и правами человека. Права человека и безопасность взаимосвязаны на конституционном уровне: реализация основных прав человека как обеспечение безопасности личности (включая гарантии невмешательства в свободы и гарантии необходимого уровня существования и развития личности); безопасность как основание для ограничений прав человека и реализация прав человека как основа международной безопасности. Также прослеживается взаимосвязь между правами человека и безопасностью на уровне отраслевого законодательства, рассматриваются общие вопросы, связанные с регулированием личной, общественной и государственной безопасности. Обосновывается тезис о том, что реализация основных конституционных прав человека и гражданина является обеспечением личной безопасности человека.