ВведениеВ современных теоретических источниках особое внимание уделяется социально-экономическим экосистемам, являющимся по мнению многих авторитетных представителей научного сообщества формирующими структурами пространственного развития страны. Г.Б. Клейнер отмечает, что до настоящего времени не выработано единое общепринятое понятие «социально-экономическая экосистема». Связано это с многовекторным характером экономических исследований, которые условно можно сгруппировать по таким основным направлениям, как отраслевое и пространственное [Клейнер 2018, 6-7].Цифровая трансформация, затронувшая абсолютно все сегменты и процессы пространственного развития Российской Федерации, как констатируют Чернова О.А., Матвеева Л.Г. и Горелова Г.В., размывает экономико-управленческие пределы отраслевых субъектов и становится фактором формирования новых типов организационных структур [Чернова 2021, 46], перепрофилирующих сложившиеся организационные структуры, конкурентную среду и бизнес-модели менеджмента [Ларионов 2022, 9]. Несомненно, что эволюционные явления, наряду с благоприятными изменениями, сопровождаются неоднозначными процессами, факторы которых предполагают проведение реактивной оценки в системе управления рисками в преодолении возможных негативных последствий состояния турбулентности [Нарциссова 2021, 34]. Современная экономическая неопределенность, вызванная комплексом глобальных факторов, формирует феномен риска и рискованных (стохастических) ситуаций, угрожающих каркасным системным элементам и обуславливает необходимость выработки адаптационных коррективных воздействий [Лексин 2022, 4]. В связи с этим, наша работа, посвященная исследованию феномена риска в условиях цифровой трансформации социально-экономических экосистем, представляется актуальной, своевременной и значимой. Методологические основыВ качестве методологических основ настоящего исследования были использованы результаты научных трудов, в частности теоретические выводы и практические предложения современных ученых-экономистов, специализирующихся в области экономической теории, теории систем, инновационной экономики, экономической безопасности, риск-менеджмента и др. Кроме того, в работе для обоснованности выводов осуществлена аналитическая интерпретация показателей органов официальной статистики Российской Федерации.В настоящее время в зарубежной экономической литературе отмечается повышенный интерес к понятию «экосистема». Данный феномен объясняется, в первую очередь, реакцией научной мысли на изменения в системе управления бизнесом, когда происходит эволюционный отказ от иерархической системы менеджмента в пользу модульного взаимодействия экономических организаций, чья деятельность находится в зависимости друг от друга. Как правило, подобное горизонтальное взаимодействие обуславливается инновационными прорывами отраслевого развития в ориентации на получение дополнительных конкурентных преимуществ, а их комплементарность обеспечивает сетевые эффекты [Jacobides 2018, 2258]. Применительно к предпринимательскому сектору рассматриваются такие специфические характеристики экосистемы, как нелинейность, самоорганизация, открытость, кросс-масштабная адаптивность [Roundy 2018, 5]. Исследуется конфигурационное воздействие факторов, оказывающих влияние на количественные и качественные показатели предпринимательской активности, в том числе уровня цифровизации, развития сетевой инфраструктуры, человеческого капитала, позволяющих определять цели и задачи экономического развития, в частности выделения ресурсов, направляемых на создание новых предприятий и высокооплачиваемых рабочих мест [Zhimin 2021, 507].В российской экономической науке экосистемы также стали рассматриваться применительно к задачам конкретных научных исследований, например:– в промышленности, как устойчивые высокоинтегрированные образования, имеющие черты кластеров, холдингов, финансово-промышленных групп, функционирующих на основе объектного, средового, процессного и проектного взаимодействия в преобразовании ресурсов экосистемы [Клейнер 2018, 56-57]; – в финансовом секторе, как перспективные интеграционные формы организации финансового сектора на основе цифровизации бизнес-процессов, способствующие уменьшению трансакционных издержек и отделению информации от технологий и устройств [Клейнер 2020, 4]. Можно отметить работы, посвященные экосистемам различных типов предпринимательства (в том числе молодежного, социального, инновационного и др.) [Дорошенко 2017, 219], а также оценке рисков влияния экосистемы цифровой экономики на трудовые ресурсы [Симонова 2021, 54].Опираясь на результаты исследований зарубежных авторов, многие современные российские ученые стали рассматривать экосистемы как социально-экономические. Основной причиной этому послужило то, что такие, достаточно сформировавшиеся научные подходы, как институциональный, эволюционный, кластерный и т.д., применяемые, как правило, обособленно, не отвечают современным задачам развития и новым вызовам глобальной среды [Третьякова 2022, 7]. При этом наблюдаются попытки замены или объединения содержания понятия «социально-экономическая экосистема» с категорией «устойчивое развитие». Так, коллектив авторов, основным направлением развития социально-экономической экосистемы определяет обеспечение баланса социальных, экономических и экологических результатов [Ушвицкий 2021, 144], то есть те критерии, которые лежат в основе глобальной концепции устойчивого развития.Раменская Л.А. отдельно выделяет значение цифровой трансформации, как фактора возникновения новых отраслей экономики, органично вплетающихся в концепцию экосистем [Раменская 2020, 23]. В научных источниках под «цифровой трансформацией» понимаются качественные принципиальные изменения структуры экономики за счет переноса центров формирования добавленной стоимости в сферу конфигурации цифровых ресурсов и сквозных цифровых процессов [Нехорошева 2022, 97].  В связи с этим, определенный интерес вызывают работы, посвященные сценарному прогнозированию пространственного и отраслевого развития с учетом влияния инвестиционных и технологических факторов [Федосеева 2021, 92] и, в частности, платформенным экосистемам, как инструментам управления инновационным бизнесом [Жданов 2021, 28]. При этом констатируется отставание темпов совершенствования моделей государственного управления от темпов развития цифровой экономики. Неполнота цифровых компетенций управления приводит к возникновению дополнительных рискованных ситуаций, представляющих угрозу для развития социально-экономических экосистем различного уровня и типов [Митрофанова 2022, 84]. Реакция научного сообщества на процессы цифровой трансформации проявляется в появлении новых дефиниций «экосистема цифровой экономики», например, как комплекса комплементарных элементов, обеспечивающих эффективность экономики за счет применения IT и Big Data [Аликаева 2022, 7]. Подводя итоги обзору научных источников, хотелось бы отметить, что цифровая трансформация социально-экономических экосистем, как и любой процесс, неизбежно заканчивается определенным положительным или неблагоприятным результатом и целым комплексом сопутствующих последствий. Априори управление любой экосистемой заключается в обеспечении уравновешенного позитивного развития с учетом факторов современной неопределенности и предвидении возможных рискованных ситуаций [Воробьева 2021, 43]. Феномен социально-экономических экосистем проявляется во взаимном влиянии экономических и социальных рисков друг на друга, в том числе в аспектах цифровой трансформации. Ход дальнейшего исследования предусматривает аналитическую интерпретацию показателей цифровой трансформации Российской Федерации. РезультатыОсновные программные направления цифровой трансформации России в современных условиях проиллюстрированы на рисунке 1. Рисунок 1. Основные программные направления цифровой трансформации Российской Федерации Остановимся более подробно на успешности реализации отдельных направлений цифровизации российской экономики.На рисунке 2 отражены сведения о численности поступивших студентов и выпускников ВУЗов в сфере информационных технологий в Российской Федерации за 2015-2020 гг. Рисунок 2. Численность поступивших студентов и выпускников ВУЗов в сфере информационных технологий в Российской Федерации за 2015-2020 гг. Показатели рисунка 1 демонстрируют рост абитуриентов на IT-специальности, как определенный положительный результат государственной поддержки подготовки кадров и финансирования отрасли ИКТ в Российской Федерации. В тоже время, хотелось бы отметить достаточно значительную долю студентов, прервавших свое обучение в силу ряда причин, что несомненно создает риски в обеспечении цифровой трансформации страны на среднесрочную и долгосрочную перспективу. Хотелось бы также проследить значение технологических, инновационных и инфраструктурных факторов, влияющих на процессы цифровой трансформации. На рисунке 3 представлены данные о численности исследователей, выполняющих НИР и доле инновационной продукции в общем объеме товаров, работ и услуг в России.  Рисунок 3. Численность исследователей, выполняющих НИР и доля инновационной продукции в общем объеме товаров, работ и услуг в Российской Федерации Как можно судить из показателей рисунка 3, последствия геополитических потрясений и экономических кризисов, затронувших экономику Российской Федерации в последние годы, достаточно негативным образом сказались на инновационной поддержке процессов цифровизации. По данным официальной статистики, в условиях экономических санкций существенно сокращается доля инновационной продукции. Предприятия и организации были вынуждены сократить численность сотрудников, участвующих в исследованиях и научных разработках. При этом, начиная с 2018 года, наблюдается определенный рост численности исследователей, что связано, по нашему мнению, с устойчивыми государственными заказами для предприятий оборонно-промышленного комплекса и дополнительным бюджетным финансированием, направляемым на стимулирование и поддержку молодых ученых, в том числе в сфере ИКТ. Более позитивная динамика наблюдается в цифровизации деятельности органов государственного управления и муниципального самоуправления России (рисунок 4). Рисунок 4. Доля органов государственного и муниципального управления Российской Федерации, применяющих ИКТ, % Можно отметить существенный рост применения информационных средств, используемых в деятельности государственных и муниципальных служащих, являющийся существенным фактором повышения производительности труда и скорости документооборота за счет реализации целого ряда программных мероприятий по цифровизации управленческого процесса.Далее в нашем исследовании остановимся на цифровой трансформации социально-экономических экосистем регионального уровня.Одним из ключевых критериев цифровой трансформации является показатель использования широкополосного доступа к сети интернет. На рисунке 5 приведены данные об использовании широкополосного доступа в г. Москва, Пермском крае, Томской области и Российской Федерации в целом. Рисунок 5. Использование широкополосного доступа к сети интернет в организациях, % Рисунок 5 отражает, во-первых, существенную дифференцированность регионов страны по данному показателю, вызванному различными ресурсными и инфраструктурными возможностями территорий, во-вторых, общесистемным сокращением использования широкополосного доступа к сети интернет в организациях в условиях пандемии коронавирусной инфекции в 2020 году.Совершенно обратная картина наблюдается по показателю использование сети интернет населением (рисунок 6). Рисунок 6. Использование сети интернет населением, % Как мы видим из рисунка 6, перевод многих сотрудников на удаленную работу показал в целом по стране рост использования сети интернет населением. Таким образом, затронутые аспекты цифровой трансформации демонстрируют определенные риски для социально-экономических экосистем различного уровня, создающие угрозы для целей развития [Качалов 2021, 135]. Основным риском успешности цифровой трансформации социально-экономических экосистем в настоящее время является, по нашему мнению, существенная дифференциация регионов Российской Федерации по уровню развития IT-инфраструктуры, наличию кадрового потенциала и информационной безопасности.  Заключение Проведенный обзор и систематизация научных источников, а также результаты аналитической интерпретации официальной статистики позволяют сформулировать ряд выводов:– в российской экономической науке прослеживается тенденция к приданию понятию «социально-экономическая экосистема», традиционно рассматриваемому как локальный комплекс самостоятельных бизнес-субъектов, проектов и инфраструктуры, в том числе разноотраслевой принадлежности, более широкого значения – до регионального и межрегионального уровней. При этом, зачастую, показатели развития социально-экономических экосистем отождествляются с критериями устойчивого развития различных территорий (например, экологическая устойчивость); – многие авторы, основываясь на результатах своих предыдущих исследований, отожествляют социально-экономические экосистемы с кластерами и бизнес-инкубаторами, перенося на них предложения по совершенствованию управления и регламентации технологических условий, ориентированных на минимизацию транзакционных издержек. В полной мере подобные предложения рекомендуются для социально-экономических экосистем в сфере информационных технологий;– феномен риска в условиях цифровой трансформации социально-экономических экосистем заключается в том, что наряду с положительными эффектами, проявляется целый комплекс новых угроз и рискованных ситуаций, препятствующих достижению желаемых целей развития;– задачи преодоления факторов риска предопределяют применение конструктивного подхода в государственном и отраслевом управлении, объединяющего соответствующие компетенции, инновационные технологии и практики управления.  Рекомендации  Результаты теоретического обзора и аналитическая интерпретация данных, приведенные в настоящем исследовании адресованы научному сообществу и могут быть востребованы в практической деятельности органов исполнительной власти и отраслевого управления.