Курдский народ обладает тысячелетней историей, и на протяжении веков курдам ни раз приходилось отстаивать свои права на самоопределение. Данный вопрос не теряет своей актуальности и в наше время, более того, после событий 2011 г., вызвавших затяжную гражданскую войну в странах Ближнего Востока и получивших название «арабской весны», поиск решений курдского вопроса вновь привлек широкое внимание, что неудивительно, так как проблема статуса курдского народа по-прежнему является одним из камней преткновения на пути достижения мира и компромисса в регионе. В настоящее время курды остаются самым многочисленным народом, который не обладает собственной государственностью. Основная часть населения располагается на территории четырёх государств − Турции, Ирана, Ирака и Сирии. Такое распределение сложилось после окончания Первой мировой войны и сохраняется до сих пор. На сегодняшний момент численность населения курдов составляет около 40 млн чел. На Турцию приходится около 20 млн, в Иране и Ираке проживает 9 млн и 6 млн курдов соответственно, 3 млн представителей данного народа населяет Сирию [1]. Курдам неоднократно приходилось становиться жертвами политических репрессий, дискриминации по национальному признаку, массовых депортаций. Положение курдского народа в указанных выше государствах носит нестабильный и зачастую неравноправный характер, несмотря на историческую принадлежность курдов к восточной территории Малой Азии и близлежащих территорий. Данное обстоятельство не может оставлять курдское население равнодушным, что, в свою очередь, становится стимулом для борьбы за самоопределение, национальные права и свободы.Обратимся к положению курдской проблемы в Турции, юго-восточная часть которой преимущественно населена этническими курдами. На протяжении десятилетий именно эта часть страны играла роль центра повстанческого движения курдов против турецких властей. Какую же позицию занимают официальные власти Турции в наше время по столь острому и противоречивому вопросу как статус курдского народа? Стоит отметить, что данная проблема не получает должной огласки. Официальные ресурсы тщательно стараются игнорировать существование проблемы, упоминая о курдах преимущественно в контексте войны с Сирией, а также борьбы против террористических организаций [2]. Подчеркивается отсутствие разногласий между турецким и курдским народом, в качестве угрозы для Турции отмечается деятельность Рабочей партии Курдистана, которая имеет статус террористической организации [3]. В связи с этим в стране действует антитеррористическое законодательство, которое не всегда используется властями страны по назначению и может выступать в качестве инструмента подавления оппозиционных настроений в обществе. Последние несколько лет власти Турции ведут активную кампанию по подавлению курдов на юге страны в рамках антитеррористических операций. Однако отмечается, что жертвами этих операций становятся и мирные жители. В то же время, согласно официальной позиции властей, курды, проживающие на территории Турции, не выражают желания об отделении и создании независимого государства. Именно противоречивое положение курдского народа, а также нежелание Турции пересмотреть методы ведения внутренней политики в рамках антитеррористического законодательства стали причиной приостановления переговоров между Турцией и ЕС о безвизовом режиме в 2016 г. [4]. Так проблема курдского сепаратизма очевидно по-прежнему является одним из факторов, влияющих на внутреннюю и внешнюю политику Турецкой Республики.Что касается положения курдского народа в Ираке, отметим, что в этой стране последнее десятилетие курдам наиболее успешным образом удавалось отстаивать своё право на самоопределение. В частности, в конституции страны 2005 г. за Южным Курдистаном (официальное название – Курдский автономный район) был закреплён статус широкой автономии в форме субъекта Федерации. Данная автономия обладает собственной Конституцией, сводом региональных законов, судебными органами, полицией, спецслужбами, вооруженными силами, производятся выборы президента и правительства [5]. Кроме того, иракские курды имеют внушительное представительство и в правительстве Ирака. Три последних президента страны, включая действующего – Бархама Салеха, имеют курдское происхождение.В июне 2017 г. на заседании под председательством Масуда Барзани, на тот момент президент Иракского Курдистана, политические партии региона приняли решение о проведении референдума о независимости, который состоялся в условиях давления со стороны центральной власти, а также Турции и Ирана в сентябре того же года. Согласно результатам референдума, чуть выше 90% населения поддержали идею независимости от Ирака [5, с. 29]. Однако иракское правительство не признало итоги референдума, что привело к вооруженному конфликту между сторонами, а также запрету на международные перелёты, закрытию пограничных контрольно-пропускных пунктов и наказанию сторонников референдума. Региональное правительство Курдистана было распущено, президент Иракского Курдистана Масуд Барзани вскоре ушёл в отставку, от результатов референдума пришлось отказаться для возобновления переговоров с Ираком [5, с. 33]. Региону пришлось пройти через ряд трудностей и международное эмбарго, однако в настоящий момент отношения между новым президентом Курдского автономного района Нечирваном Барзани и иракским правительством дают надежду на полноценное участие курдского народа в жизни страны, а также возможности курдов отстаивать свои права.Пример иракских курдов является показательным в борьбе за самоопределение курдского народа в целом. Волеизъявление народа о независимости столкнулось с препятствием не только со стороны центрального правительства Ирака, но и со стороны Турции и Ирана, которые, в свою очередь, были обеспокоены тем примером, которым иракские курды могли стать для представителей меньшинств, населяющих их страны. Означает ли это, что курдский народ не имеет возможности всё же обрести независимость в будущем по причине неизбежного столкновения с внешними силами? Представляется закономерным то, что, прежде всего, курдам необходимо обрести единство внутри своего же народа. Референдум в Иракском Курдистане показал существующие разногласия между Демократической партией Курдистана и Патриотическим союзом Курдистана. Кроме того, необходимо признать, что у двух наиболее популярных лидеров курдов Ближнего Востока − главы Рабочей партии Курдистана Абдуллы Оджалана, отбывающим пожизненный срок в турецкой тюрьме, и лидера Демократической партии Курдистана, бывшего президента Иракского Курдистана Масуда Барзани разные точки зрения на будущее Курдистана. Решение «курдской проблемы» может быть найдено, прежде всего, при условии устранения внутренних противоречий и выработки общей стратегии развития, которая будет устраивать большинство представителей курдского народа.