Опыт исследований на самых разных предприятиях (от предприятий транспорта до машиностроительных и металлургических) обычно подсказывает, что главными фигурами на производстве являются бригадир и «начальство». Под «начальством» понимаются все обозримые руководители, вплоть до министра, занятые в системе управления. Все, но не мастер. Мы не видим в мастере инженера, поскольку чертежи, сметы поступают готовыми; не является он и начальником, потому что и без его указаний бригада знает, что делать, был бы обеспечен фронт работ. Но он и не рабочий, поскольку не занимается физическим трудом. Его воспринимают как оформителя нарядов, снабженца. На него порой жалко смотреть, когда на маленькую конторку накатывается вал указаний «срочного», «немедленного», «неукоснительного» исполнения в виде приказов, инструкций, телефонных звонков. А мастер, взвинченный этим потоком директив, передает их бригаде, часто не веря в возможность их выполнения. На предприятиях выходит масса нормативных документов о повышении роли мастеров, организуется их учеба. Но существенных изменений в положении мастера на производстве не происходит. Главное — не повысилась роль мастера на производстве, не поднялся и его авторитет. Во всяком  случае, в тех коллективах, где проводился мониторинг обществен ного мнения, все осталось по-прежнему: работу в бригадах ор ганизовывал бригадир, он же расставлял рабочих, проверял выполнение заданий, решал вопросы оплаты труда, воспитывал людей. Бригадир остается фигурой номер один. А мастер по-прежнему «выбивает» материалы, инструмент, механизмы, закрывает наряды, следит за техникой безопасности и в целом отвечает за план. Кроме того, предприятия находятся на различных технико-технологических уровнях, что существенно различает проблемы мастеров этих производств. В прежние времена российской истории мастер был фигурой авторитетной, подкреплялось это материально и морально.