Белгородская область, Россия
Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого
Белгородская область, Россия
Россия
Киргизия
УДК 691 Строительные материалы и изделия
В статье представлены результаты исследования тонкомолотого до удельной поверхности 500 м2/кг кремнеземистого мергеля (КМ) в качестве активной минеральной добавки в составе композиционного гипсового вяжущего (КГВ). В ходе проведенных испытаний был определен состав кристаллической фазы КМ, его микроструктура, морфология поверхности и размер зерен. Изучена динамика тепловыделения при контакте с водой КГВ с минеральными добавками КМ и КМ+ВМК-45. Установлена концентрация активных адсорбционных центров на поверхности частиц КМ и ВМК-45, используемых в качестве минеральной добавки, оказываемых положительное влияние на физико-механические свойства и состав продуктов гидратации КГВ. Опытным путем определено необходимое количество тонкомолотого КМ в составе КГВ, позволяющее снизить концентрацию СаО в составах на 5-е и 7-е сутки. Для достижения необходимого снижения концентрации СаО в состав КГВ с тонкомолотым КМ дополнительно была введена добавка метакаолина ВМК-45 (0,5% по массе), что позволило обеспечить повышение его водостойкости и долговечность. В качестве рационального было принято соотношение компонентов КГВ (частей по массе): «цемент: КМ : ВМК-45» – 1 : 1 : 0,2. Проведены комплексные исследования фазовых превращений, происходящих при затвердевании КГВ с высокодисперсными минеральными добавками КМ и ВМК-45. В исследуемых пробах в 28-ми суточном возрасте выявлены следы портландита и эттрингита, что свидетельствует о высокой степени завершенности гидратационных процессов цементной составляющей гипсоцементного вяжущего и активности минеральных добавок. На основании проведенных испытаний установлена возможность и целесообразность использования КМ в качестве минерального компонента в составе КГВ тонкомолотого до удельной поверхности 500 м2/кг (при необходимости совместно с высокоактивным ВМК-45), что обусловлено его пуццолановой активностью - способностью связывать Са(ОН)2 с последующим формированием низкоосновных гидросиликатов кальция и других труднорастворимых новообразований, обеспечивая повышенную плотность, прочность и долговечность модифицированного гипсоцементного камня, исключая последующее саморазрушение его структуры.
кремнеземистый мергель, удельная поверхность, активные адсорбционные центры, композиционное гипсовое вяжущее, свойства
Введение. Последние годы одной из главных тенденций в строительной отрасли нашей страны является возведение малоэтажных жилых зданий [1]. Многочисленные результаты исследований, опубликованные на научно-практических конференциях Российской гипсовой ассоциации и в других научных изданиях за последние 20 лет, показывают высокую эффективность использования конструкционных и конструкционно-теплоизоляционных материалов на основе композиционных гипсовых вяжущих (КГВ) [2–6]. Главными преимуществами их применения при строительстве «здорового» малоэтажного жилого дома по сравнению с другими видами строительных материалов являются: малая энергоемкость, экономичность, простота и экологичность производства, связанная с низкими выбросами вредных веществ, в том числе СО2, их минимальном воздействии на окружающую среду, а также высокие эксплуатационные показатели [7–11].
В данном исследовании рассмотрена возможность применения в качестве компонента КГВ тонкомолотого кремнеземистого мергеля (КМ) Хворостянского месторождения Курской магнитной аномалии (КМА). КМ представляет собой карбонатно-кремнистую породу серого цвета с зеленоватым оттенком, с раковистым изломом, которая отличается повышенной плотностью и имеет шероховатую поверхность [12–14].
Для получения эффективных КГВ используются различные виды тонкодисперсных МД из сырьевых ресурсов вулканического, осадочного, метаморфического происхождения, а также промышленных отходов пирогенного и механогенного происхождения, распространенных на территории РФ [1]. Большое влияние на структурообразование и физико-механические свойства затвердевшего КГВ оказывает активность входящих в его состав вяжущих [15–19]: гипсового вяжущего и портландцемента, а также химико-минеральный состав и дисперсность минеральных добавок (МД). Присутствующие в составе КГВ активные минеральные добавки обеспечивают понижение концентрации Са(ОН)₂, выделяющегося в процессе гидратации портландцемента в твердеющей гипсоцементной системе. Это позволяет предотвратить образование высокоосновных гидроалюминатов кальция и эттрингита, и, как следствие, исключить развитие разрушительной гидросульфоалюминатной коррозии. В результате формируются благоприятные условия для синтеза малорастворимых низкоосновных гидросиликатов кальция и сопутствующих фаз, которые обусловливают улучшение физико-механических показателей гипсоцементного камня без дополнительного расхода цемента как основного связующего компонента.
Цель исследований заключалась в изучении характеристик тонкомолотой до удельной поверхности 500 м2/кг минеральной добавки КМ и ее влияния на структуру и физико-механические свойства КГВ на ее основе.
Материалы и методы. Выполнение исследований проводилось в Белгородском государственном технологическом университете имени В.Г. Шухова, в лабораториях кафедр СМИиК и МиТМ, в ЦВТ.
Для определения состава, структуры и свойств сырьевых компонентов и синтезированных КГВ использовались существующие базовые и современные физико-химические методы исследования, включая: РФА, ДТА, лазерной гранулометрии, растровой электронной микроскопии и др.
Измерение удельной поверхности и среднего размера частиц тонкомолотого КМ проводилось с помощью прибора дисперсионного анализа ПСХ-10а, работающего по принципу воздухопроницаемости слоя уплотнённого материала).
Методом лазерной гранулометрии на установке MicroSizer 201 определяли зерновой состав частиц тонкомолотого КМ и их процентное содержание в материале.
Качественную оценку рентгенофазового и дифференциально-термического анализа тонкомолотого КМ и синтезированного КГВ на его основе проводили с помощью приборов THERMO FISHER SCIENTIFIC ARL X’TRA и Netzsch STA 449 F1 Jupiter.
Морфологию частиц и микроструктуру затвердевшего КГВ изучали с использованием сканирующего электронного микроскопа Tescan MIRA 3 LMU Mira 3 FesSem.
Скорость начального тепловыделения при взаимодействии с водой тонкомолотого КМ и КГВ с его использованием определяли с помощью дифференциального калориметра ToniCAL Trio.
Кислотно-основные характеристики поверхности тонкомолотого КМ оценивали по характеру распределения кислотных и оснóвных центров адсорбции льюисовского и бренстедовского типов. Оптическую плотность растворов для количественного определения центров адсорбции измеряли спектрофотометрическим методом в ультрафиолетовых и видимых областях спектра с помощью спектрофотометра LEKI SSI207.
Основные свойства КГВ (сроки схватывания, пределы прочности на растяжение при изгибе и сжатии, коэффициент размягчения) определяли с помощью стандартного оборудования по методикам, приведённым в ГОСТ 23789-2018.
Для обеспечения стабильности свойств и долговечности затвердевшего КГВ предложены и исследованы следующие материалы: гипсовое вяжущее ГВВС-16, «Самарский гипсовый комбинат», удовлетворяющий требованиям ГОСТ 125-2018; портландцемент ЦЕМ 1 42,5 Н ОАО «Евроцемент», ГОСТ 31108-2016; минеральные добавки – тонкомолотый до удельной поверхности 500 м2/кг КМ и высокоактивный метакаолин ВМК-45 (ООО «Синерго») с удельной поверхностью 1700 м2/кг.
Основная часть. Результаты исследования и их обсуждение. Первоначально в исследованиях был изучен химический состав применяемых МД, который показал, что КМ содержит 34,92 % SiO2 и 30,52 % СаО,, а ВМК- 45 – 56,1 % SiO2 и 40,5 % Al2O3 (табл. 1).
Таблица 1
Химический состав минеральных добавок
|
Компонент |
Оксиды (масс.%) |
||||||||||
|
SiO2 |
SiO2 аморф |
Al2O3 |
Feоб |
CaO |
MgO |
Na2O +K2O |
SO3 |
P2О5 |
п.п.п. |
||
|
Кремнеземистый мергель (КМ) |
30,6 |
4,32 |
4,61 |
6,31 |
30,52 |
1,02 |
0,12 |
0,37 |
0,21 |
21,9 |
|
|
Метакаолин ВМК-45 (ВМК) |
56,1 |
– |
40,5 |
0,9 |
0,16 |
– |
0,15 |
0,79 |
– |
– |
– |
Породообразующими компонентами КМ [12] являются пелитоморфный кальцит с размером зерен менее 0,005 мм и изотропный опал, сформированный из частиц α-SiO2. В качестве примесей присутствуют: природный цеолит (зерна кварца, глауконита и мусковита.
Среднее содержание пелитоморфного кальцита составляет 35…38 %, а среднее содержание остальных минералов (опал, смешанослойные образования, цеолит и глинистые минералы) – 62…65 % [13].
С помощью РФА был установлен состав кристаллической фазы КМ (рис. 1, а).
Рентгенограмма включает: CaCO3 (d=3,4; 3,37; 3,029; 2,706; 2,50; 2,368; 2,21; 2,100; 2,088; 1,971; 1,811…Å); β-SiO2 (d = 4,26; 3,346; 2,28; 2,12; 1,81…Å); α-SiO2 – (d = 2,557; 2,30; 2,22; 2,05; 1,85...Å); каолинит, Al2O3·2SiO2·2H2O – (d =7,149; 4,353; 4,19; 3,567; 2,489; 2,334; 1,667…Å).
Рис. 1. РФА (а) и ДТА (б) тонкомолотого КМ
С помощью ДТА (рис. 1. б) было выявлено два эндоэффекта: первый – при температуре 574,3 °С – связан с выделением конституционной воды из каолинита, при этой же температуре происходит разрушение кристаллической решетки каолинита; второй – при температуре 793,7 °С – свидетельствует о диссоциации CaCO3 на СаО и СО2. Экзоэффект при температуре 884 °С обусловлен кристаллизацией аморфных продуктов разложения глинистых минералов.
Электронно-микроскопические исследования морфологии частиц КМ (рис. 2, а)
и ВМК-45 (рис. 2, б), показали, что они имеют высокоразвитую поверхность с высокой концентрацией поверхностных дефектов.
Рис. 2. Микроструктура и морфология частиц тонкомолотого КМ (а) и ВМК-45 (б)
Далее в работе методом лазерной гранулометрии был определен зерновой состав частиц минеральных добавок КМ и ВМК-45, который оказывает значительное влияние на их активность (рис. 3).
|
Уд. пов. ПСХ / Сорби |
D, мкм. ср., % |
Уд. пов. ПСХ / Сорби |
D, мкм. ср., % |
||||
|
10 |
50 |
90 |
10 |
50 |
90 |
||
|
500 м2/кг /21774см2/см3 |
1,08 |
8,37 |
30,5 |
1700 м2/кг/ 22934см2/см3 |
1,03 |
5,97 |
50,51 |
Рис. 3. Распределение по размерам и количество частиц тонкомолотого КМ (а) и метакаолина ВМК-45 (б)
Было выявлено: размеры частиц тонкомолотого КМ распределяется от 0,67 до 61,42 мкм (90 % – в области 30,5 мкм, 50 % – 8,37 мкм и 10 % –1,08 мкм); удельная поверхность и средний диаметр зерен (по ПСХ-10а) составляет 500 м2/кг и 6 мкм, соответственно; размеры частиц ВМК-45 с удельной поверхностью 1700 м²/кг и средним диаметром 2,8 мкм (по ПСХ-10а) распределяются от 0,5 до 66 мкм (90 % – в области 50,51 мкм, 50 % – 5,97 мкм и 10 % – в области 1,03 мкм).
Информативным методом исследования свойств поверхности минеральных добавок является индикаторный метод определения распределения центров адсорбции (РЦА) [20, 21]. С помощью этого метода по показателю кислотности рКа было установлено наличие и оценено содержание активных центров поверхности тонкомолотого МК и высокоактивного ВМК-45.
Результаты определения концентрации активных центров поверхности тонкомолотого МК с удельной поверхностью 500 м2/кг и ВМК-45 с удельной поверхностью 1700 м2/кг представлены в табл.2 и на рис.4. Испытаниями установлено наличие адсорбционных центров поверхности разных типов и интенсивности во всем диапазоне рКа (-4,4...0; 0...7 и 7...12,8), отличающихся по количеству и суммарному содержанию.
Таблица 2
|
№ п/п |
Материал, удельная поверхность, м²/кг |
Индикатор рКа |
||
|
-4,4...0 |
0...7 |
7...12,8 |
||
|
Сумма оснований по Льюису, мг-экв/г |
Сумма кислот по Бренстеду, мг-экв/г |
Сумма оснований по Бренстеду, мг-экв/г |
||
|
1 |
КМ, 500 |
29,212 |
73,035 |
164,803 |
|
2 |
ВМК-45, 1700 |
31,958 |
131,432 |
195,636 |
Концентрация активных центров на поверхности КМ и ВМК-45
|
КМ, 500 м2/кг |
ВМК-45, 1700 м2/кг |
|
Рис. 4. Распределение центров адсорбции поверхности тонкомолотого КМ и ВМК-45 |
|
Поверхность тонкомолотого КМ с удельной поверхностью 500 м²/кг характеризуется следующими концентрациями активных центров: основания Льюиса (область рК -4,4...0) – 29,212 мг-экв/г; кислотные центры по Бренстеду (рКа 0…7) – 73,035 мг-экв/г; основания по Бренстеду (рКа 7…12,8) – 164,803 мг-экв/г.
В соответствии с современными представлениями о МД, имеющиеся центры кислотного характера (рКа от 0 до 7) могут оказывать положительное влияние на гидратационные процессы вяжущего. Таким образом установлено, что использование в качестве МД тонкомолотого КМ до удельной поверхности 500 м2/кг и высокоактивного ВМК-45 с удельной поверхностью 1700 м2/кг и высокой концентрацией всех видов активных центров поверхности частиц окажут положительное влияние на физико-механические свойства и состав продуктов гидратации КГВ.
В КМ и ВМК-45 гидравлической активностью обладают аморфный кремнезем (α- SiO2) и цеолиты, которые при нормальной температуре вступают в химическую реакцию с Са(ОН)2, выделяемым при гидратации портландцемента с образованием малорастворимых гидросиликатов кальция типа СSH(В) и других соединений.
По результатам экспериментов найдено отношение между тонкомолотым КМ до удельной поверхности 500 м2 /кг и цементом в составе КГВ, создающее оптимальные условия твердения КГВ за счет снижения концентрации СаО в растворе в соответствии с ТУ -21-31-62-89 (табл.3).
Таблица 3
Изменение концентрации СаО в водной суспензии КГВ
|
№ п/п |
Материалы, г |
Концентрация CaO в р-ре, г/л, через: |
|||||||
|
Г-16 |
ПЦ |
КМ |
ВМК-45 |
Дист. вода |
5 сут. |
7 сут. |
|
||
|
1 |
4 |
2,5 |
1,25 |
– |
100 |
1,11 |
1,03 |
|
|
|
2 |
4 |
2,5 |
1,25 |
0,25 |
100 |
1,07 |
0,98 |
|
|
|
3 |
4 |
2,5 |
2,5 |
– |
100 |
1,06 |
0,95 |
|
|
|
4 |
4 |
2,5 |
2,5 |
0,25 |
100 |
1,03 |
0,89 |
|
|
|
5 |
4 |
2,5 |
2,5 |
0,5 |
100 |
0,97 |
0,86 |
|
|
Для достижения необходимого снижения концентрации СаО на 7-е сутки в составе КГВ с тонкомолотым КМ дополнительно была введена добавка метакаолина ВМК-45 (0,5% по массе), что позволило снизить концентрацию СаО, обеспечив повышение водостойкости разработанного КГВ и его долговечность. Исходя из полученных данных (согласно рекомендации в ТУ -21-31-62-89) в качестве рационального было принято соотношение компонентов КГВ (частей по массе): «цемент: КМ : ВМК-45» – 1 : 1 : 0,2.
Далее, эффективность использования высокодисперсных минеральных добавок КМ и ВМК-45 устанавливали по показателям физико-механических характеристик КГВ, твердевших в нормальных условиях (табл. 4).
Таблица 4
Состав и свойства КГВ с минеральной добавкой КМ и ВМК-45
|
№ п/п |
Содержание компонентов, % |
В/Вяж, % |
R сж, МПа |
Кр |
|||||
|
Гипс |
ПЦ |
КМ |
ВМК |
2 ч |
7 сут |
28 сут |
|||
|
1 |
60 |
20 |
20 |
– |
0,4 |
9,2 |
27,4 |
29,5 |
0,6 |
|
2 |
56 |
20 |
20 |
4 |
0,4 |
8,6 |
25,0 |
30,2 |
0,7 |
Анализ полученных данных показал, что дополнительное введение ВМК-45 (4 % по массе) в состав КГВ с минеральной добавкой тонкомолотого КМ в начальные сроки твердения (через 2 часа) снижает значения предела прочности при сжатии затвердевших образцов КГВ – с 9,2 до 8,6 МПа (на 7 %) с увеличением значений прочностных показателей в 28 суточном возрасте до 30,2 МПа.
Результаты проведенных испытаний подтверждаются исследованием динамики тепловыделения при гидратации гипса, цемента и КГВ с минеральными добавками КМ и КМ+ВМК-45 с помощью цифрового двухканального регистратора температур MASTECH MS6514 с измерением температуры термопарой в условиях герметичного шкафа (камера климатическая Elke-Foetron), что позволило создать условия накопления тепла в замкнутом объеме (рис.6). Было установлено, что у исследованных вяжущих после контакта с водой по-разному протекают гидратационные процессы.
У гипсового вяжущего (рис.5, а) через 20 мин после контакта с водой наблюдается интенсивная экзотермическая реакция, достигшая максимального значения через 45 минут при температуре 50,3°C, что связано с гидратацией полугидрата сульфата кальция с образованием дигидрата, а последующее снижение тепловыделения свидетельствует о завершении основных химических процессов.
У исследуемого цемента (рис. 5, б) через 35 минут после контакта с водой наблюдается первый экзоэффект с при температуре 25 °C, связанный с химическими реакциями гидратации активных минералов С3А и С3S (процесс растворения и гидролиза) и формированием в основном высокоосновных гидросиликатов и гидроалюминатов кальция, а также Са(ОН)2 [22, 23].
Затем тепловыделение цемента снижается, и наблюдается индукционный период продолжительностью до 150 мин (участок кривой практически параллелен оси времени), что, видимо, свидетельствует об образовании достаточно плотной пленки гидросиликата на поверхности зерен C3S и медленном росте кристаллических зародышей.
Далее наблюдается второй этап химической реакции гидратации цемента с максимальным тепловыделением при температуре 38 °C (через 550 мин), происходящим, видимо, при достижении кристаллами гидросиликатов кальция определенных размеров, снижении до минимума энергии поверхностного натяжения и разрушения тонкого слоя пленки. Длительность этого периода составляет 180…550 минут. После достижения второго максимума тепловыделение постепенно уменьшается и сохраняется на уровне 27 °C практически до 1000 минут.
У КГВ (рис.5, в), включающего бинарную высокодисперсную минеральную добавку (КМ +ВМК-45) через 35 минут после взаимодействия с водой максимум тепловыделения достигается при температуре 40 °C (наличие экзоэффекта), а у КГВ с минеральной добавкой только тонкомолотого КМ (рис.5, г) при той же температуре – на 5 минут раньше (через 30 мин), видимо, из-за уменьшения количества гипсового вяжущего в составе КГВ (табл. 4). Затем происходит снижение тепловыделения, характер кривых исследуемых вяжущих идентичен, оставаясь несколько выше у КГВ с добавкой КМ+ВМК-45 на уровне 21…20 °C практически до 1000 мин.
При смачивании водой минеральной добавки КМ тепловыделение наблюдается при температуре 19 °C и завершается через 550 мин, а при смачивании водой ВМК-45 – тепловыделение начинается при более высокой температуре – 19,6 °C и продолжается более 1000 мин, что подтверждает его высокую активность.
Методами ДТА и РФА были проведены комплексные исследования фазовых превращений, происходящих при затвердевании КГВ с высокодисперсными минеральными добавками КМ и КМ+ВМК- 45 (табл. 4, составы 1 и 2 соответственно) в возрасте 2 час, 7-ми суток и 28-ми суток (рис. 6–12).
|
Рис.5. Сравнительные термограммы процессов гидратации исследуемых вяжущих а) Гипс, б) Цемент; в) КГВ + КМ; г) КГВ+КМ+ВМК-45; д) КМ; е) ВМК-45
Рис. 7. РФА затвердевшего КГВ с минеральной добавкой КМ (выделены пики Са(ОН)2 в разные сроки твердения) |
При гидратации затвердевших проб КГВ с минеральными добавками КМ и КМ+ВМК-45 основными составляющими являются (рис. 6, 7):
– двуводный сульфат кальция (d=7,615; 4,29; 3,811; 3,048…Å);
– карбонат кальция (d=3.04; 2.499; 2,287; 2,09; 1,902…Å);
– кварц (d=3,34 Å);
– рефлексы гидросиликата кальция типа CSH(B) (d=3,07; 2,877; 2,40; 2,089…Å).
В первые часы твердения (2 часа) на рентгенограмме в пробе КГВ с минеральной добавкой КМ в малом количестве присутствует портландит Са(ОН)2 (d=4,94; 2.626; 1,93; 1,78…Å), а через 28 суток – видны только его следы.
В пробе КГВ с бинарной минеральной добавкой КМ+ВМК-45 выявлены только следы портландита (рис. 8). Изменение количества Са(ОН)2 в разные сроки твердения свидетельствует о степени завершенности гидратационных процессов цементной составляющей гипсоцементного вяжущего и об активности применяемых минеральных добавок. Эттринтит (d=9,7; 5,6…Å) на рентгенограмме практически отсутствует, имеются лишь его следы. Наличие гало в области углов 12-20 (d=7,437– 4,557…Å) может свидетельствовать о наличии новообразованных рентгеноаморфных фаз, которые относятся к плохо закристаллизованным минералам переменного состава и не создают четких дифракционных отражений.
Полученные с помощью РФА данные о фазовом составе проб затвердевших КГВ подтверждаются результатами ДТА. На кривых нагревания в возрасте 7 и 28 суток (рис. 9–12) наблюдаются эндотермические эффекты:
– при температурах 101,6…104,4 °С и 150,1… 164,1 °С (двойной эффект) – связанные с дегидратацией двуводного гипса до полуводного, и с удалением связанной воды при дегидратации гидросиликата Са;
– при температурах 442,5…445,0 °С – связанные с полиморфным превращением кварца, а также, возможно, с дегидроксилизацией портландита;
– при температурах 745,0…751,9 °С – вероятно, связанные с декарбонизацией CaCO3.
Наличие небольшого экзоэффекта при температуре 900 °С может свидетельствовать о разложении гидросиликатов кальция СSН(В).
|
Рис. 8. РФА затвердевшего КГВ с минеральной добавкой КМ+ВМК-45 (выделены пики Са(ОН)2 в разные сроки твердения) |
|
Рис. 9. РФА затвердевшего КГВ с минеральной добавкой КМ в возрасте 7 сут. |
|
Рис. 10. РФА затвердевшего КГВ с минеральной добавкой КМ в возрасте 28 сут. |
|
Рис. 11. РФА затвердевшего КГВ с минеральной добавкой КМ+ВМК-45 в возрасте 7 сут. |
|
Рис. 12. РФА затвердевшего КГВ с минеральной добавкой КМ+ВМК-45 в возрасте 28 сут |
Полученные данные свидетельствует об интенсивном гидратообразовании в исследуемых пробах КГВ. Потери массы проб в интервале температур от 100 до 1000 °С во все сроки твердения выше у образцов с бинарной минеральной добавкой КМ+ВМК-45.
Выводы. Проведенными исследованиями подтверждена возможность и целесообразность использования в качестве минерального компонента в составе КГВ тонкомолотого до удельной поверхности 500 м2/кг КМ (при необходимости, совместно с высокоактивным ВМК-45), что обусловлено его пуццолановой активностью, что будет способствовать связыванию Са(ОН)2 с образованием низкоосновных гидросиликатов кальция и других труднорастворимых соединений, обеспечивающих повышенную плотность, прочность в возрасте 28 суток (до 30 МПа) модифицированного гипсоцементного камня.
При получении КГВ с прогнозируемыми свойствами следует учитывать природу, распределение и интенсивность активных центров поверхности используемых МД, влияющих на степень гидратации, тепловыделение и физико-механические свойства КГВ.
Разработанный состав КГВ с минеральными добавками КМ и КМ+ВМК-45 можно рекомендовать при производстве бетонов различного назначения, в том числе для реализации возможностей 3D-печати в малоэтажном строительстве.
1. Волженский А.В., Ферронская А.В. Гипсовые вяжущие и изделия. М.: Стройиздат, 1974. 238 с.
2. Гончаров Ю.А., Дубровина Г.Г., Губская А.Г., Бурьянов А.Ф. Гипсовые материалы и изделия нового поколения. Оценка энергоэффективности. Минск: Колоград, 2016. 336 с.
3. Гордина А.Ф., Полянских И.С., Жукова Н.С., Яковлев Г.И. Исследование влияния пуццоланового компонента на структуру и состав модифицированных сульфатных матриц // Строительные материалы. 2022. № 8. С. 51–58. DOI:https://doi.org/10.31659/0585-430X-2022-805-8-51-58.
4. Отман Азми С.А., Чернышева Н.В., Дребезгова М.Ю., Коваленко Е.В., Вашева С.В. Состав и свойства композиционного гипсового вяжущего повышенной водостойкости // Строительные материалы. 2023. № 5. С. 81–88. DOI:https://doi.org/10.31659/0585-430X-2023-813-5-81-88.
5. Чернышева Н.В., Дребезгова М.Ю., Агафонов Я.Е., Коваленко Е.В., Бурьянов А.Ф. Водостойкость, морозостойкость и водоотталкивающие свойства мелкозернистого бетона на композиционном гипсовом вяжущем // Строительные материалы. 2025. № 1–2. С. 60–65. DOI:https://doi.org/10.31659/0585-430X-2025-832-1-2-60-65.
6. Князева С.А., Яковлев Г.И., Бурьянов А.Ф., Жуков А.Н., Киршин И.А. Исследование структурообразования вяжущей системы на основе термически активированной керамзитовой пыли // Вестник БГТУ им. В.Г. Шухова. 2024. № 1. С. 21–29. DOI:https://doi.org/10.34031/2071-7318-2023-9-1-21-29.
7. Korovyakov V.F. Waterproof gypsum binders of the new generation // Сухие строительные смеси. 2017. No. 4. Pp. 17–19.
8. Liu J., Song G., Ge X., Liu B., Liu K., Tian Y., Wang X., Hu Z. Experimental study on the properties and hydration mechanism of gypsum-based composite cementitious materials // Buildings. 2024. Vol. 14. No. 2. 314. DOI:https://doi.org/10.3390/buildings14020314
9. Zhang F., Leong E.K.B., Yong C.L., Ghayeb H.H., Lee F.W., Mo K.H. Modification of gypsum composite binder via introduction of ground granulated blast furnace slag and waterproofing agent // Case Studies in Construction Materials. 2024. Vol. 20. e03292. DOI:https://doi.org/10.1016/j.cscm.2024.e03292
10. Yakovlev G.I., Gordina A., Drochytka R., Buryanov A.F., Smirnova O. Structure and properties of modified gypsum binder // Smart and Sustainable Built Environment. 2021. Vol. 10. No. 4. Pp. 702–710. DOI:https://doi.org/10.1108/SASBE-04-2020-0037.
11. Yakovlev G., Gordina A., Ruzina N., Polyanskikh I., Pudov I., Shaybadullina A., Khozin V., Černý V. Gypsum compositions modified with metallurgical wastes // Solid State Phenomena. 2021. Vol. 325. Pp. 104–109. DOI:https://doi.org/10.4028/www.scientific.net/SSP.325.104.
12. Савко А.Д., Иванова Е.О. Фациальная характеристика верхнемеловых отложений юго-западной части Воронежской антеклизы // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Геология. 2009. № 2. С. 61–78.
13. Воронов В.В. Композиционные вяжущие с применением опоковидного мергеля для производства пенобетона // Вестник БГТУ им. В.Г. Шухова. 2019. № 1. С. 21–27. DOI:https://doi.org/10.12737/article_5c506202c385c3.43864616.
14. Глаголев Е.С., Лесовик В.С., Чернышева Н.В., Лесниченко Е.Н. Проектирование состава композиционного гипсового вяжущего с минеральной добавкой опоковидного мергеля // Строительство и реконструкция. 2020. № 2 (88). С. 35–43. DOI:https://doi.org/10.33979/2073-7416-2020-88-2-35-43.
15. Бутт Ю.М., Сычев М.М., Тимашев В.В. Химическая технология вяжущих материалов. М.: Высшая школа, 1980. 472 с.
16. Мухаметрахимов Р.Х., Рахимов Р.З., Галаутдинов А.Р., Зиганшина Л.В. Модифицированные гипсоцементно-пуццолановые бетоны для 3D-печати // Строительные материалы. 2024. № 1–2. С. 79–89. DOI:https://doi.org/10.31659/0585-430X-2024-821-1-2-79-89.
17. Petropavlovskaya V., Zavadko M., Novichenkova T., Petropavlovskii K., Sulman M. The Use of Aluminosilicate Ash Microspheres from Waste Ash and Slag Mixtures in Gypsum-Lime Compositions // Materials. 2023. Vol. 16. No. 12. P. 4213. DOI:https://doi.org/10.3390/ma16124213.
18. Отман Азми С.А., Чернышева Н.В., Дребезгова М.Ю., Коваленко Е.В., Вашева С.В. Особенности структурообразования композиционных гипсовых вяжущих с комплексом минеральных и органических добавок // Вестник БГТУ им. В.Г. Шухова. 2023. № 4. С. 24–33. DOI:https://doi.org/10.34031/2071-7318-2023-8-4-24-33.
19. Glagolev E.S., Chernysheva N.V., Drebezgova M.Y., Motorykin D.A. Rheological Properties of Molding Mixes on Composite Gypsum Binders for 3D-Additive Technologies of Low-Height Monolithic Construction // Lecture Notes in Civil Engineering. 2021. Vol. 160. Pp. 23–29. DOI:https://doi.org/10.1007/978-3-030-75182-1_4.
20. Ядыкина В.В. Влияние активных поверхностных центров кремнезем-содержащих минеральных компонентов на взаимодействие с битумом // Известия высших учебных заведений. Строительство. 2003. № 9 (537). С. 75–79.
21. Шангина Н.Н., Лейкин А.П. Распределение активных центров поверхности наполнителей как фактор, влияющий на физико-механические свойства бетона // Прогрессивные ресурсосберегающие технологии в строительстве: Сборник научных трудов. Санкт-Петербург: Петербургский государственный университет путей сообщения Императора Александра I, 2002. С. 71–77.
22. Chernysheva N.V., Shatalova S.V. Compounding features of composite gypsum binders for porous composites in construction printing technologies // IOP Conference Series: Materials Science and Engineering. 2020. Vol. 869. P. 012007.
23. Дребезгова М.Ю., Чернышева Н.В. Кинетика тепловыделения при гидратации композиционных гипсовых вяжущих (часть 2) // Вестник БГТУ им. В.Г. Шухова. 2017. № 4. С. 6–9.
