Философия науки остается и сегодня одним из противоречивых направлений философского знания. Проблема в том, что обычно под «философией науки» понимается особое философское направление, сформулированное позитивистами О. Контом и И. Лакатосом [5]. С позиции позитивизма Конта и Лакатоса, наука и научное знание противопоставляются классической философии и другим формам знания о мире как неистинным. Источником истинного знания, включая законы природы и общества, объявляется исключительно чувственный опыт. Как отмечают авторы учебного пособия «Философия науки» (недавно вышло в свет второе издание [2–3]), такое позитивистское мировоззрение, составлявшее основу философии науки, стало господствующим у научно-технической интеллигенции ХХ в. [2, с. 5]. В итоге противоборство позитивизма и экзистенциализма как мировоззрения гуманитарной интеллигенции оказалось главной коллизией в философии и культуре ХХ в. Авторы пособия попытались преодолеть данное противоречие и отдельно рассмотреть классический и неклассический подходы к философскому осмыслению науки. Авторы полагают, что к настоящему времени «философия науки» как целостная философская дисциплина не просто находится «в кризисе», но в том виде, в каком она была задумана исторически, фактически, себя исчерпала. Это проявилось в конце XX в. в идеях методологического анархизма П. Фейербанда. В качестве аргумента авторы приводят размытость предмета и хронологических рамок философии науки как в программах, так и в учебной литературе для аспирантов [1, с. 7; 4, с. 8]. Е. Мареева, С. Мареев, А. Майданский обращают внимание на то, что противоречий, которые пыталась разрешить философия науки на протяжении XIX и XX в., в современных учебниках нет. Именно на данные противоречия, ставшие основной темой пособия, обратили свое внимание авторы. В пособии представлен анализ философии науки начиная с античности. В Средние века под наукой именовали исключительно христианскую теологию, а арифметика, геометрия, астрономия считались «свободными искусствами». Впоследствии, с зарождением позитивизма, «искусством» стали уже теология, философия, история, вся «метафизика», а под «наукой» стали понимать естествознание. И на общество стали смотреть как на область социальной физики. Авторы пособия справедливо замечают, что «…одна из главных задач философии науки – дать науке, т.е. естествознанию, метод, поскольку философия науки в собственном смысле есть учение о методе – методология. Где же должен быть разработан такой метод? Метод не может быть выработан философией, поскольку философия, с указанной точки зрения, не является ни естественной наукой, ни наукой вообще. Она не может быть выработана самим естествознанием, так как последнее изучает природу, а не методы познания. И здесь философия науки оказывается в ситуации, в которой она должна или признать право философии быть наукой, или отказаться от постановки вопроса о методах науки. В указанном тупике, по сути, оказались теоретики так называемого постпозитивизма второй половины ХХ в.» [2, с. 8].Пособие состоит из двух разделов: первый посвящен основным проблемам философии науки, второй – методологии социально-гуманитарного знания. В первом разделе авторы рассматривают предмет философии науки и основные стратегии изучения науки (глава 1), этапы развития науки от античности до новоевропейской науки (глава 2) и науки XX–XXI вв. (глава 3). В главе 4 представлен компаративистский анализ интерналистской и экстерналистской моделей развития науки, научной парадигмы и научной революции, а также типы рациональности в науке и понятие научной картины мира. Глава 5 актуализирует происхождение теоретического знания и рассматривает методы науки (анализа и синтеза, абстракции, идеализации и моделирования, индукции и дедукции). Глава 6 посвящена рассмотрению науки как социального института, глава 7 – перспективам научно-технического прогресса. Во втором разделе авторы обобщают и систематизируют методологию социально-гуманитарного знания через рассмотрение становления социальных и гуманитарных наук, природы идеалов и ценностей и их роли в социально-гуманитарном знании. Глава 3 второго раздела посвящена этике науке и этике ученого в индустриальную и постиндустриальную эпоху.По результатам исследования авторами сделаны следующие выводы, которые могут представлять интерес для всех, кто занимается проблемами научного познания, для аспирантов, сдающих кандидатский экзамен по философии:Классификация научных картин мира соответствует типам рациональности и глобальным научным революциям.В XIX в. Ф. Энгельс в работе «Людвиг Фейербах и конец немецкой классической философии» связывал формирование единой научной картины мира с тремя великими естественнонаучными открытиями: открытие живой клетки, открытие закона сохранения и превращения энергии, теория происхождения видов Ч. Дарвина. Но надежды Энгельса во многом оказались преждевременными. Три указанных открытия, как и многие другие, так и остались предпосылками целостной картины мира. И домысливание всеобщих связей действительности не изжито по сей день. Так называемый глобальный эволюционизм и междисциплинарная синергетическая теория являются тому свидетельством. Предлагаемые в рамках этих теорий умозрительные конструкты устройства «мира в целом» – свидетельство того, что наука и в XXI в. не в состоянии собственными силами создать единую картину развивающейся действительности, не прибегая к услугам философии и философствующей журналистики [2, с. 154].В настоящее время актуален вопрос этического самоконтроля ученого. Формой этического самоконтроля ученых стали соответствующие уставы и кодексы, которые принимают ученые разных специальностей. Вместе с тем, общество идет по пути гуманитарной экспертизы научно-технических проектов. Вопрос о безопасности новых технологий в наши дни уже предваряет, а не следует за их внедрением. Такого рода экспертиза обретает черты регулярно осуществляемой и специально организованной системы [там же, с. 326].Книга адресована специалистам, исследующим проблемы науки, преподавателям и аспирантам.