Анализ отечественной юридической литературы позволил автору сделать вывод о том, что российские юристы чрезмерно стеснены в использовании наряду с терминами «товарный знак» и «знак обслуживания» иных терминов, обозначающих разновидности этих знаков («торговая марка», «сервисный знак», «производственная марка» и проч.). Это стало следствием широко распространившегося утверждения о допустимости использования только терминов «товарный знак» и «знак обслуживания» в противовес иным, «нелигитимным» терминам. На основе изучения эволюции отечественного законодательства, регулирующего отношения по поводу товарных знаков и знаков обслуживания, автор делает вывод о том, что содержание понятий, используемых в законодательстве в различные этапы его развития, нередко искажалось, что стало следствием отсутствия опоры на доктринальные разработки (как отечественные, так и зарубежные). В заключение исследования делается вывод о том, что отказ от использования подобной терминологии, как и от детальной классификации знаков, применимых к товарам и услугам, обедняет отечественную доктрину, что нуждается в исправлении.
The analysis of the Russian legal literature allowed the author to make an assumption that the Russian lawyers are too constrained in the use, alongside with the terms “trade mark” and “service mark”, of other terms indicating the varieties of such marks (“trade mark”, “service mark”, “production mark” etc). This is the consequence of the widespread assertion that only terms “trade mark” and “service mark” are appropriate for the use, as opposed to other, “illegitimate” terms. Based on the study of the domestic legislation evolution in the field of regulation of relations concerning trade marks and service marks, the author concludes that the meaning of the terms used in the legislation during various stages of its development was frequently misrepresented, because doctrinal developments (both domestic and foreign) were not employed. In conclusion of the study the author elicits that the refusal from the use of the terms in question, as well as from a detailed classification of the marks applied to goods and services, impoverishes the domestic doctrine, which needs correction.