ВведениеВсю человеческую историю демографические процессы представляли собой важнейшей фактор социального развития. Он не единожды приводил к исчезновению процветающих государств и народов, поглощению их народами, находящимися существенно ниже в социальном развитии, но обладающими большим демографическим ресурсом. Характер демографических процессов не раз создавал так называемые «цивилизационные ловушки» или «цивилизационные воронки», куда «проваливались» доминирующие некогда, но «недонаселенные» (или с деформированной национальной или половозрастной структурой) государства. С другой стороны, перенаселенность также вызывала внутренние негативные процессы и прямо формировала деструктивные политические линии вплоть до бунтов, мятежей, войн и революций. Демографические процессы в России оказывают влияние на социальную, экономическую и политическую сферы, в связи с чем растет необходимость изучения характера и направленности этого воздействия. Современная Россия с самого начала своего существования переживает демографический кризис. В 1990-х гг. население России прошло сквозь череду социально-экономических и политических потрясений, приведших к ухудшению демографических показателей. Актуальные демографические тенденции указывают на то, что в скором времени Россия столкнется со значительными и нарастающими долгосрочными демографическими вызовами, которые наложат жесткие ограничения на ее развитие.Влияние демографических процессов на политическую сферу России рассмотрено через призму демографической безопасности [9]. Демографическая безопасность выражает связь между демографическими характеристиками населения (такие как численность, расселение, структура и здоровье населения и т.п.) и политическими интересами государства. Как следствие, именно уровень демографической безопасности является показателем влияния демографических процессов на политическую сферу. В настоящем исследовании мы сфокусировали свое внимание на выделении факторов, являющихся угрозой для демографической безопасности России, и анализе их влияния на политическую сферу.Целью настоящей работы является выявление и анализ политических последствий демографических процессов в России. Хронология индикативного метода заключается в диалектической связи анализа и синтеза (а именно – необходимо сначала разделить объект исследования на составные элементы, исследовать их в отдельности, выявить роли и места элементов в общей системе и, наконец, объединить отдельные части изучаемой системы в единую систему). В нашем случае объектом исследования является демографическая безопасность России  как составная часть национальной безопасности. Составные элементы объекта – это 24 индикатора демографической безопасности, которые выражают частные показатели состояния народонаселения России. Исследование составных частей объекта с позиций индикативного подхода заключается в сопоставлении фактических значений индикаторов безопасности с их пороговыми значениями, а также начислении заранее определенных баллов (B). Синтез происходит через согласование характеристик выделенных частей в виде интегрального уровня демографической безопасности (ИУБД), содержание которого формируется в виде суммы баллов набранными частными индикаторами демографической безопасности. Обзор научной литературыСегодня в научной среде существует множество подходов к определению понятия «демографическая безопасность». В основном она понимается как состояние защищенности общества от внешних и внутренних демографических угроз [16, 41]. С.В. Соболева, О.В. Чудаева добавляют к защищенности обязательное поддержание суверенитета с помощью институциональной среды [29]. У А.Г. Вишневского демографическая безопасность выступает средством существования «бессмертия нации» [5]. Л.Л. Рыбаковский рассматривает демографическую безопасность как обеспечение геополитических интересов государства человеческим ресурсом [27]. С.И. Тиводар считает, что демографическая безопасность является одним из направлений национальной безопасности России, доказывая, таким образом, закономерность политико-правовой взаимосвязи национальной и демографической безопасности [30]. М.А. Харченко выделяет роль политико-управленческих решений для регулирования демографических процессов, оказывающих влияние на национальную безопасность [36]. Существует и военный взгляд на демографическую безопасность, однако обычно он ограничен лишь проблемой военно-мобилизационного потенциала государства [39].По нашему мнению, также важно отметить и определение демографической безопасности в нормативно-правовых актах России и соседних государств. В отечественной системе нормативно-правовых актов демографическая безопасность является составной частью национальной безопасности и контролируется тремя нормативными актами: Федеральными законами «О безопасности» [35] и «О стратегическом планировании в Российской Федерации» [34], а также Указом Президента «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» [33]. В Указе Президента демографические проблемы отражены как третье (после обороны и политической стабильности) направление национальных интересов России: «повышение качества жизни, укрепление здоровья населения, обеспечение стабильного демографического развития страны». Далее всех в закреплении основ демографической безопасности ушла Белоруссия – в 2002 г. там был принят закон «О демографической безопасности Республики Беларусь». В нем описываются 4 демографических угрозы, которые «оказывают отрицательное воздействие на устойчивое развитие Республики Беларусь» [12]: депопуляция (1), старение населения (2), нерегулируемые миграционные процессы (3), деградация института семьи (4).Для анализа воздействия отдельных демографических процессов на общество учеными реализуются множество моделей и шкал. Среди них можно выделить шкалу демографического старения Э. Россета [21; 22] и классификацию типов возрастной структуры А.Г. Сундберга [2; 3]. Построение системных моделей для анализа демографической безопасности пока не так распространено, однако попытки из общественных различных наук уже были сделаны. Еще в начале 1990-х гг. демографические показатели (естественный прирост населения, миграционное сальдо, половозрастная структура и т.д.) использовались для построения социально-экономической диагностики регионов [8]. В 2001 г. Л.П. Шахотько и H.H. Привалова создали систему показателей демографической безопасности России, в которой выявили 29 индикаторов-угроз [41]. При использовании индикативного метода для анализа демографической безопасности основным вопросом является выбор показателей, которые должны быть учтены при диагностике демографической безопасности. В табл. 1 показаны подходы различных коллективов авторов к проблеме выбора индикаторов демографической безопасности: 1. Л.П. Шахотько, H.H. Привалова (2001 г.) [41]. 2. В.А. Черешнев, А.И. Татаркин (2007 г.) [37]. 3. С.В. Соболева, О.В. Чудаева (2008 г.) [29]. 4. В.Б. Дударев (2008 г.) [10]. 5. П.А. Смелов, М.В. Карманов, В.Б. Дударев, А.М. Зареченский (2009 г.) [28]. 6. А.А. Куклин, А.Ф. Шориков, В.А. Тюлюкин (2011 г.) [17]. 7. С.Ю. Глазьев, В.В. Локосов (2012 г.) [6]. 8. О.Н. Калачикова, А.В. Короленко (2015 г)., «вспм» – означает, что индикатор вспомогательный) [14]. 9. А.В. Попов, О.Н. Калачикова (2015 г.) [19]. Таблица 1Обзор подходов различных авторов к проблеме выбора индикаторов демографической безопасности РоссииПоказатели123456789Численность и размещение населенияИзменение общей численности населения+  ++    Плотность размещения населения    +  ++Представительство титульнойнациональности   ++    Индекс депопуляции   ++  + Коэф. миграционногоприроста населения + ++ +++Динамика урбанизации         Структура населенияОПЖ+ ++ ++++Коэф. старости населения ++++  ++Демографическая нагрузка на трудоспособное население  + +  Вспм+Нетто-коэф. воспроизводства населения   ++  ++СКР+++++++++Общий коэф. смертности населения + ++++Вспм Степень диспропорциональности полового состава   ++  + Коэф. семейности   ++  + Соотношение браков и разводов +  +  Вспм Доля внебрачной рождаемости       Вспм Интенсивность абортов в репродуктивном возрасте  ++   Вспм Здоровье населенияМладенческая смертность++   + ++Уровень потребления алкоголя+     +  Уровень потребления наркотиков +    +  Заболеваемость псих. расстройствами++   ++  Заболеваемость туберкулезом++       Заболеваемость вен. болезнями+        Доля ВИЧ-инфицированных +       Другое Ур. жизни,Мат. обесп.   Мед. койки, n инвалид.Ур. ЖизниПреступ.Безраб.Произв. трудаЭконом. нераве нствоПресту пность,ИРЧПИнвал.  Представленные в табл. исследователи являются специалистами в различных областях науки – экономики, демографии, социологии и т.д. Также из табл. становится виден существенный разрыв в количестве показателей, которые исследователи берут в расчет: от пяти до нескольких десятков. Вторым важным вопросом при использовании индикативного метода для анализа демографической безопасности является проблема обобщения выбранных показателей. Самым простым способом является обычное сложение показателей демографической безопасности, которое в своем исследовании использовал В.Б. Дударев [10]. Подобный подход будет действовать только при условии полного равенства всех компонентов ИУБД, что практически невозможно достичь, однако этот недостаток можно обойти либо применением процедуры взвешивания частных балловых оценок различных отдельных компонентов анализируемого феномена, либо добавлением в формулу поправочных коэффициентов, которые высчитываются автором. Так, в 2009 г. М.В. Кармановым, А.М. Кармановым и П.А. Смеловым была разработана интегральная оценка уровня демографической безопасности социума (ИУБД), в которой каждому индикатору давался определенный экспертный вес – он определялся группой экспертов по принципу значимости и актуальности индикаторов [15].  МетодыИспользование индикативного метода для анализа демографической безопасности России поднимает ряд вопросов. 1. Какие индикаторы использовать для оценки демографической безопасности? Как видно из табл. 1, существует множество версий выбора частных индикаторов демографической безопасности. Мы разделили показатели демографической безопасности на 3 субъективно равные группы: 6 индикаторов численности и размещения населения (1), 11 индикаторов структуры населения (2), 7 индикаторов здоровья населения (3). 2. Как оценить отдельные индикаторы демографической безопасности? Наиболее часто используемым подходом для решения данной проблемы является сравнение показателей индикатора и оптимума для того или иного демографического процесса. Оптимумом будет являться пороговое значение, превышение которого отрицательно сказывается на демографической динамике или, другими словами, превращает потенциальную демографическую угрозу в реальную. Для оценки индикатора демографической безопасности будет использоваться определенная шкала баллов (Bза демографический индикатор), показывающий разницу между фактическими и оптимальными показателями индикаторов. Начисление баллов будет использоваться согласно шкале В.Б. Дударева [10] – всем демографическим индикаторам начисляется 10 баллов, за превышение (или недостижение) оптимума на 10% отнимается 1 балл, а за положительную динамику на 10%, наоборот, 1 балл плюсуется [10]. К примеру, оптимумом для индекса депопуляции является показатель 1,1 (он является отрицательным индикатором, поэтому баллы отнимаются за превышения показателя, подробнее в табл. 2), в 2015 г. фактический показатель был 1,03 (разница менее 10%), т.е. начисляется 10 баллов, а в 2010 г.  он составил 1,24 (разница 24%), из-за чего отнимается 2 балла и ставится 8 баллов. Стоит отметить, что если разница между оптимумом и фактическим показателем превышает 100%, то балл может стать отрицательным. Таблица 2Методология оценки индикаторов демографической безопасности Отрицательные индикаторыПоложительные индикаторыИндикаторы разницыПолучают баллы за недостижение показателей оптимума, теряют за превышение показателей оптимумаПолучают баллы за превышение показателей оптимума, теряют за недостижение показателей оптимумаТеряют баллы за разницу в показателях фактического значения и оптимума1. Индекс депопуляции.2. Плотность размещения населения.3. Коэффициент старости населения.4. Коэффициент демографической нагрузки.5. Общий коэффициент смертности населения.6. Степень диспропорциональности полового состава.7. Младенческая смертность.8. Коэффициент разводимости.9. Интенсивность абортов в репродуктивном возрасте.10. Доля внебрачной рождаемости.11-16. Взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом: алкоголизм и алкогольные психозы, наркомания и токсикомания, активный туберкулез, ЗПП, болезнь, вызванная ВИЧ1. Прирост (убыль) населения 2. Представительство титульной национальности 3. ОПЖ 4. Суммарный коэффициент рождаемости5. Нетто-коэффициент воспроизводства населения6. Коэффициент семейности1. Коэффициент миграционного прироста населения 2. Динамика урбанизации Для выбора показателей оптимума применялись разнообразные критерии. Для некоторых индикаторов были выбраны общепринятые демографические величины, например, простое замещение поколений определило оптимум у СКР, индекса депопуляции, нетто-коэффициента воспроизводства населения. Оптимумом для второй группы индикаторов (младенческая смертность, коэффициент смертности, ОПЖ) выступили данные стран с похожими природно-климатическими условиями (Швеция; Канада; Финляндия; Дания; Китай и др.). Третья группа, состоящая преимущественно из индикаторов здоровья населения, была определена динамическим критерием «уменьшение фактических показателей прошлого периода». Показатели оптимума для последней группы были выбраны в виде субъективной оценки как экспертной (уровень демографической нагрузки на трудоспособное население), так и авторской (для индикаторов коэффициент семейности, коэффициент разводимости и доля внебрачной рождаемости оптимумом мы выбрали показатель 1990 г.).3. Как интегрировать отдельные показатели в единое целое? После оценки отдельных индикаторов необходимо решить последний вопрос, а именно интернировать частные показания в единый индекс. Данную проблему нельзя решить простым алгебраическим складыванием всех индикаторов, поскольку объекты исследования у различных индикаторов различны. Однако, сумма баллов индикаторов внутри одной группы (напр., группы индикаторов численности и размещения населения) является довольно показательной, особенно в процентном соотношении к сумме баллов оптимальных показателей. Таким образом, на первом этапе интеграции мы дадим интегральную оценку всем группам демографических угроз во все рассматриваемые периоды по следующей формуле:ИУБД(n)=inBi Интегральная оценка числительно выражена в интегральном уровне демографической безопасности (ИУБДn) и определяется как сумма баллов (B), выявленная по всем применяемым отдельным индикаторам (i). К примеру, для группы индикаторов численности и размещения населения в 1990 г. ИУБД (ЧРН)1990 = 20+14+7+11+9=61 (индикатор «Представительство титульной национальности» в общий расчет не берется). Вторым этапом будет подсчет доли фактического ИУБД к оптимальному ИУБД.  ∆ИУБДn=ИУБДфактИУБДопт×100%=inBi-фактi×10×100%  Для той же группы индикаторов численности и размещения населения в 1990 г. ∆ ИУБД (ЧРН)1990 = (20+14+7+11+9) / (5×10) × 100% = 61/50×100%=122%. Этот интегральный показатель говорит о превышении фактических показателей индикаторов численности и размещения населения 1990 г. от оптимальных на 22%. На заключительном этапе мы проанализируем динамику изменений отдельных аспектов демографической безопасности и опишем их последствия для политической сферы.  Результаты анализаТаблица  3Индикаторы численности и размещения населенияПоказатель1990199520002005201020152020Оптимум1.1 Численность населения / Прирост (убыль) населения (тыс. чел.)[1] // B1.1147 665/5 126(по сравн. с 1985 г.)//20148 459/794//12146 890/-1 569//7143 801/-3 089//4142 833/-968//8146 267/3434//16146 748/481//11Прирост населения >01.2 Естественное движение населения (индекс депопуляции)[2]//B1.20,65//141,17//81,62//41,62//41,24//81,03//101,16//9<11.3 Коэффициент миграционного прироста населения (на 10 тыс. чел.)[3] // B1.330,88//740,63//716,45//37,47//211,06//916,77//87,5//2Замещение естественной убыли, напр., для 2020 г. =461.4 Представительство титульной национальности [23, 24, 25, 26] (%)[4] // B1.481,23(за 1989 г.)//15нет данных//не учитывается79,83(за 2002 г.)//13н.д.//н.у.77,71//11н.д.//н.у.н.д.//н.у.751.5 Плотность размещения населения (мера территориальной концентрации по федеральным округам) [38][5] // B1.5≈0,97(без учетаС-КФО)//11≈0,98(без учетаС-К ФО)//11≈1(без учетаС-К ФО)//101,05//91//101//101,02//9⩽1 [13]1.6 Динамика урбанизации (доля городского населения в % / коэффициент интенсивности урбанизации)[6] // B1.673,64%/4,9%(по сравн. с 1985 г.)//972,95%/-0,93%//1073,13%/0,24%//1073,09%/-0,05%//1073,59%/0,68%//1074%/0,55%//1074,7%/0,94%//10=0 [31] 1.1. Наиболее простым показателем в демографии является численность населения, однако ее рассмотрение в статике представляется нам бесполезным, в отличие от изучения динамики убыли / прироста населения [1; 15]. Для сегодняшней РФ оптимумом изменения численности населения выступает аспект прибыли населения (т.е. больше нуля). 1.2. Показателем естественного движения населения является индекс депопуляции, т.е. доли смертности населения за определенный период к рождаемости. Оптимумом является показатель меньше единицы, свидетельствующий об отсутствии депопуляции населения.1.3. Для анализа внешней миграции в Россию нами был взят коэффициент интенсивности чистой миграции, который показывает характеристику результативности миграции, в виде отношения чистой миграции к численности населения на принимающей территории (K∆=It-EtPt×10000 , где I и E – количество иммигрантов и эмигрантов за рассматриваемый период t). Для показателя оптимума был определен показатель динамического характера, равняющийся замещению естественной убыли населения. Так, для 2020 г., когда естественная убыль была в 688 тыс. чел., он составил 46.1.4. С правовой точки зрения концепт «титульная нация» исключен из законодательства Российской Федерации как имеющий по своему характеру лишь декларативный характер и нормативно некорректный [11], однако с демографической точки зрения он представляет важнейшее значение. Титульной нацией называют распространенную этническую группу, культура и язык которой являются базовой для системы образования страны. В РФ такой группой является русская национальность. Так как данные о численности национальностей в России ограничиваются лишь переписями населения, мы ограничимся тремя временными отрезками – 1989, 2002 и 2010 г. Оптимумом мы субъективно выберем число представительства титульной нации в 75%. Поскольку в нашей стране отсутствуют данные о численности национальностей в межпереписные периоды, то этот индикатор учитываться в динамике изменения интегрального индекса не будет.1.5-1.6. Показатели внутренней миграции рассматриваются сквозь призму урбанизации и дисбаланса плотности населения. Для анализа плотности размещения населения нами был выбран показатель в виде меры территориальной концентрации (K= |DSi-DNi| , где DSi – доля площади территории региона i, а DNi –доля его населения) [38]. Границы значений меры территориальной концентрации находится в отрезке чисел от 0 (абсолютное равномерное распределение населения по территории) до 2 (все население находится в одной точке, остальные территории безлюдны) [13]. Основной единицей анализа были выбраны федеральные округа Российской Федерации (в результатах 1990, 1995, 2000 не учитывался Северо-Кавказский ФО). Значение оптимума было выбрано в виде единицы как срединного значения. Подсчет темпов урбанизации проводился посредством коэффициента интенсивности урбанизации (Ки=DK2-DK1DK1*100% , где DK1 – доля городского населения в начале рассматриваемого периода, DK2 – доля городского населения в конце периода) [31].Результаты интегрального уровня демографической безопасности для группы индикаторов численности и размещения населения (ИУБД (ЧРН)год), в скобках указана разница со значением оптимума:ИУБД (ЧРН)год= B1.1+B1.2+… B1.6 (inBi-фактi×10×100% ); ИУБД (ЧРН)1990= 20+14+7+11+9=61 (122,00%); ИУБД (ЧРН)1995= 12+8+7+11+10=48 (96,00%); ИУБД (ЧРН)2000= 7+4+3+10+10=34 (68,00%); ИУБД (ЧРН)2005= 4+4+2+9+10 =29 (58,00%); ИУБД (ЧРН)2010= 8+8+9+10+10 =45 (90,00%); ИУБД (ЧРН)2015= 16+10+8+10+10 =54 (108,00%); ИУБД (ЧРН)2020= 11+9+2+9+10 =31 (62,00%).Согласно ИУБД, связанным с численностью и размещением населения, динамика демографической ситуации в России представляет собой синусоидальный характер с верхними точками в 1990 и 2015 г. – в этих временных пунктах демографические условия по рассматриваемым критериям наиболее благоприятны. Этому есть два объяснения. Во-первых, в 1990 г. в России наблюдался естественный прирост населения, поскольку смертность еще не успела опередить падающую рождаемость, а внутренняя миграция в РСФСР прибавляла почти столько же людей, сколько и естественный прирост. В 2015 г. в фертильный возраст вошло многочисленное поколение начала конца 1980-х гг., что стало причиной и естественного, и общего прироста населения. Во-вторых, нельзя не отметить положительную динамику мер семейно-демографической политики государства 2010-х гг., в первую очередь, влияние материнского капитала на рождаемость в России. Все эти факторы позволили в 1990 и 2000 г. превысить оптимальные показатели интегрального уровня.Нижними точками интегрального уровня численности и размещения населения являются показатели 2000 и 2005 г. Кроме стабильного индикатора «Динамика урбанизации» все показатели этих лет находятся за порогом оптимума. В первую очередь, это связано со сверхсмертностью и низким уровнем миграционного замещения, которое наблюдается в данные периоды. Показатель 2020 г. также не вызывает оптимизма. Закончился недолгий период естественного прироста от поколения 80-х, в фертильный возраст вступает немногочисленное поколение 90-х., при этом темпы миграционного прироста также снижаются до незамещения поколений, что позволяет сделать вывод лишь о начале падения фактических демографических показателей от оптимальных.В этой же группе находятся показатели внутренней миграции, которые рассматриваются сквозь призму урбанизации и дисбаланса плотности населения. Главной проблемой, связанной с размещением населения по территории России, является диспропорция населения между территориями европейской и азиатской частей страны. Территории последней образуют три федеральных округа: Дальневосточный, Сибирский и частично Уральский ФО, которые вместе дали 51% от полученной меры территориальной концентрации. Таблица 4Индикаторы структуры населенияПоказатель1990199520002005201020152020Оптимум2.1 ОПЖ (лет)[7]//B2.169,36//864,62//765,38//765,37//768,94//871,39//971,50//9⩾80,52.2 Уровень демографического старения (коэффициент старости населения)[8] // B2.218,09//519,9//522,6//321,06//322,3//324,79//028,79//-5⩽122.3 Демографическая нагрузка на трудоспособное население (коэффициент демографической нагрузки)[9] // B2.30,75//70,76//70,63//90,59//100,62//100,71//70,77//7⩽0,6 [21]2.4 Рождаемость (суммарный коэффициент рождаемости)[10] // B2.41,89//91,33//61,19//51 ,29//61,56//71,77//81,5//7⩾2,12.5 Смертность (общий коэффициент смертности населения на 1000 чел.)[11] // B2.511,2//1215//815,3//716,1//714,2//813//914,5//8⩽12,52.6 Нетто-коэффициент воспроизводства населения[12] // B2.60,89//80,62//50,56//50,60//50,74//60,84//70,87//8⩾1,12.7 Степень диспропорциональности полового состава[13] B2.70,06//100,06//100,06//100,07//100,07//100,07//100,07//10=02.8 Коэффициент семейности[14] // B2.88,9//107,3//76,2//67,4//78,5//97,9//86,5//6⩾8,92.9 Коэффициент разводимости[15] // B2.93,8//104,5//84,3//84,2//84,5//84,2//84,2//8⩽3,82.10 Доля внебрачной рождаемости (%)[16] // B2.1014,6//1021,1//628,0//330,0//224,9//421,6//621,2//6⩽14,62.11 Интенсивность абортов в репродуктивном возрасте (всего абортов на 1000 женщин в возрасте 15–49 лет) [23, 24, 25, 26]  // B2.11113,9//1072,8//1354,2//1542,7//1631,7//1723,8//1718,0//18Уменьшение показателей 2.1. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении служит основой для характеристики существующего в стране общего уровня и возрастных особенностей смертности населения [32]. Для показателя оптимума мы взяли среднеарифметический показатель ОПЖ некоторых стран, с похожими природно-климатическими условиями (Швеция-82,4; Канада-82,2; Финляндия-81,6; Дания-81,3; Китай-77.4 и др.)[17]. 2.2. Уровень старения населения определяется через коэффициент старения (Kx=Sx+S×100% , где Sx+ это число людей выше возраста x, а S – общая численность населения) [2]. При использовании данного коэффициента возникает вопрос в определении границы начала старости (x), в различных источниках этой границей являются 60 (Классификация Френкеля, Классификация ВОЗ, Концепция «третьего» возраста Питера Ласлетта, «старый» мужской и «новый» женский пенсионный возраст в России), 65 (Большая Советская Энциклопедия, «новый» мужской пенсионный возраст), 70 (Классификация Флуранса) и др. [3]. Мы будем использовать для определения нижней границы старости возраст 60 лет, а показателем оптимума будет служить значение меньше или равно 12, что служит признаком демографической молодости населения или преддверием старости [21].2.3. Уровень демографической нагрузки на трудоспособное население представляет нагрузку на общество непроизводительным населением. К последней группе относятся лица младше 15 лет и старше пенсионного возраста. Показателем данного индикатора является коэффициент демографической нагрузки, который представляет собой соотношение суммы людей ниже и выше трудоспособного возраста (Sнт и Sвт, соответственно) к людям трудоспособного возраста (Sт) – Kдг=Sнт+SвтSт . Основание для оптимума в ⩽0,6 было выбрано как экспертная оценка [21].  2.4. Основным показателем рождаемости признан суммарный коэффициент рождаемости, который показывает число средних рождений одной женщиной на протяжении всего репродуктивного периода. Оптимальный показатель СКР в 2,1 является признаком простого замещения поколений.2.5. Общий коэффициент смертности населения на 1000 чел. является наиболее используемым показателем смертности. В качестве оптимума было выбрано значение ⩽8,6 как среднеарифметический показатель смертности некоторых стран, с похожими природно-климатическими условиями (Швеция-10,1; Канада-7,3; Финляндия-9,5; Дания-9,5; Китай-7,0 и др.). 2.6. Нетто-коэффициент воспроизводства населения высчитывается как среднее число рождений девочек, которые дожили до конца репродуктивного периода, одной женщиной (R0=n×∂×1549Fx×Lxl0×0.001 , где n – доля интервала, Fx — возрастные коэффициенты рождаемости, Lx — числа живущих женщин из таблиц смертности, d — доля девочек среди новорожденных) [4]. Оптимумом также является простое замещение поколений, т.е. показатель больше единицы.2.7. Степень диспропорциональности полового состава показывает разницу удельных весов мужчин (dм) и женщин (dж) в общей численности населения (∆=dж-dм ).2.8-2.10. В отечественной науке встречается мнение о главенствующей роли института семьи в решении демографических проблем [18]. Более того, они считают, что кризис семьи является причиной №1 демографического кризиса в России [7]. Семья была и остается основным социальным институтом, регулирующим процесс естественного воспроизводства населения, поэтому анализ семейности общества представляется нам важным аспектом демографической безопасности. Основными показателями, характеризующими брачно-семейную структуру населения, являются коэффициенты брачности и разводимости. Оба коэффициента рассчитывают соотношение браков / разводов на 1000 чел. Для определения учета роли брачного состояния населения в показателях рождаемости нами был выбран индикатор доли внебрачной рождаемости. Показателями оптимума мы выбрали данные 1990 г., как предшествующего демографическому кризису в России. 2.11. Проблема абортов была и остается одной из самых спорных в демографическом, юридическом, мировоззренческом дискурсах. Факт аборта имеет множество последствий как для отдельных женщин, так и для общества в целом. В контексте демографической безопасности нас интересует показатель интенсивности абортов в репродуктивном возрасте.Результаты интегрального уровня демографической безопасности для группы индикаторов структуры населения (ИУБД (СН)год), в скобках указана разница со значением оптимума:ИУБД (СН)год= B2.1+B2.2+… B2.11 (inBi-фактi×10×100% ); ИУБД (СН)1990= 8+5+7+9+12+8+10+10+10+10=99 (90,00%);ИУБД (СН)1995= 7+5+7+6+8+5+10+7+8+6+13=93 (84,54%); ИУБД (СН)2000= 7+3+9+5+7+5+10+6+8+3+15=80 (72,72%); ИУБД (СН)2005= 7+3+10+6+7+5+10+7+8+2+16=79 (71,81%); ИУБД (СН)2010= 8+3+10+7+8+6+10+9+8+4+17=86 (78,18%); ИУБД (СН)2015= 9+0+7+8+9+7+10+8+8+6+17=89 (80,90%); ИУБД (СН)2020= 9+(-5)+7+7+8+8+10+6+8+6+18=82 (74,54%).Среди показателей демографической безопасности, связанных со структурой населения, мы можем выделить индикаторы с позитивной, негативной и стабильной динамикой. К позитивной относятся показатель общей продолжительности жизни, которая за 30 лет увеличилась на два года и индикатор интенсивности абортов в репродуктивном возрасте, сократившиеся за тот же период на 85%. Относительная стабильность наблюдается в показателях естественного прироста и брачной структуры населения – все та же синусоидальная кривая с верхними точками в 1990 и 2015 г., нижней точкой в 2005 и 2020 г. также является началом падения показателей все дальше от оптимума.Наибольшего опасения в данной группе показателей вызывают индикаторы, связанные с возрастной структурой общества. При сравнении показателей демографической нагрузки на трудоспособное население в 1990 и 2020 г. мы видим идентичные показатели – 0,75 и 0,77, соответственно. Однако если 30 лет назад большая часть демографической нагрузки была вызвана младшей возрастной стратой, то сегодня именно пенсионеры являются основной группой демографических «иждивенцев». Это подтверждает огромный скачок коэффициента старости населения с 18,09 в 1990 г. до 28,79 в 2020 г.  Таблица 5Индикаторы здоровья населения  Показатель1990199520002005201020152020Оптимум3.1 Младенческая смертность (на тыс. чел.)[18] // B3.117,4//-618,1//-715,3//-311,0//37,5//86,5//94,9//12⩽6,43.2 Взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом:алкоголизм и алкогольные психозы (на 100 тыс. чел.)[19]// B3.2244,2//10161,6//14129,7//15147,4//14107,8//1670,7//1748,3//18Уменьшение показателей3.3 Взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом:наркомания и токсикомания (на 100 тыс. чел.) [20] // B3.34,3//1010,4//-651,4//-2018,6//-1418,1//-1414,5//-139,8//-11Уменьшение показателей3.4 Заболеваемость псих. расстройствами[21] // B3.4108,5//1091,2//1283,1//1367,3//1452,0//1642,8//1640,0//17Уменьшение показателей3.5 Зарегистрировано больных с диагнозом «активный туберкулез», установленным впервые в жизни (на 100 тыс. чел.) [22] // B3.534,2//1148,2//789,8//-583,7//-576,9//-157,7//641,2//8⩽353.6 Зарегистрировано больных с диагнозом ЗПП, установленным впервые в жизни (на 100 тыс. чел.) [23] // B3.6133,3(без учета трихо мониаза)//10291,4(без учета трихо мониаза)//-1603,5//-15355,1//-8212,9//4104,9//1260,1//15Уменьшение показателей3.7 Болезнь, вызванная ВИЧ,зарегистрировано больных всего/зарегистрировано больных с диагнозом, установленным впервые в жизни[24] (на 100 тыс. чел.) // B3.7≈0/≈0//10≈0/≈0//1054,0/38,1//0164,9/23,0//6261,0/40,1//-1397,3/59,6//-5509,2/54,6//-4Уменьшение показателей  3.1. Показатель младенческой смертности (доля детей, умерших на первом году жизни (М1) к числу родившихся детей (N1), т.е. q0= M1N1+M-1N-1×1000 ) является не только общепризнанным критерием оценки эффективности репродуктивно-демографического развития, но и важнейшей характеристикой общего состояния здоровья и уровня жизни населения страны [43]. Наблюдается обратная корреляция между показателем младенческой смертности и уровнем развития медицины. Для показателя оптимума мы взяли уровень среднеарифметический показатель младенческой смертности некоторых стран, с похожими природно-климатическими условиями (Швеция-2,4; Канада-5,2; Финляндия-1,9; Дания-3,7; Китай-18,4 и др.)[25].3.2-3.7. Показатели уровня потребления алкоголя и наркотиков связаны с индикаторами «Взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом: алкоголизм и алкогольные психозы (на 100 тыс. чел.)», а также «Взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом: наркомания и токсикомания (на 100 тыс. чел.)», соответственно. Последними индикаторами демографической безопасности в блоке «здоровье населения» является заболеваемость населения социально-значимыми болезнями. Мы взяли 4 группы заболеваний из перечня социально значимых заболеваний, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2004 г. № 715, представляющих наиболее сильную опасность для демографического развития страны, и проанализировали их динамику [20]. Были выбраны следующие заболевания: психические расстройства и расстройства поведения (1); впервые в жизни диагностированный активный туберкулез (2); впервые в жизни диагностированные инфекции, передающиеся преимущественно половым путем (ЗПП) – сифилис, гонококковая инфекция, трихомониаз (3); болезнь, спровоцированная вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ) – при регистрации больных всего, а также при фиксации больных с диагнозом, обнаруженным впервые в жизни (4). Для активного туберкулеза оптимумом был выбран эпидемиологический порог в 35 зарегистрированных случаев на 100 тыс. чел., для остальных – показатели отрицательной динамики. Результаты интегрального уровня демографической безопасности для группы индикаторов здоровья населения (ИУБД (ЗН)год), в скобках указана разница со значением оптимума:ИУБД (ЗН)год= B3.1+B3.2+… B3.7 (inBi-фактi×10×100% ); ИУБД (ЗН)1990= (-6)+10+10+10+11+10+10=55 (78,57%); ИУБД (ЗН)1995= (-7)+14+(-6)+12+7+(-1)+10=29 (41,42%); ИУБД (ЗН)2000= (-3)+15+(-20)+13+(-5)+(-8)+6=-18 (-25,71%);  ИУБД (ЗН)2005= 3+14+(-14)+14+(-5)+(-8)+6=10 (14,28%);ИУБД (ЗН)2010= 8+16+(-14)+16+(-1)+4+(-1)=28 (40,00%);ИУБД (ЗН)2015= 9+17+(-13)+16+6+12+(-5)=42 (60,00%); ИУБД (ЗН)2020= 9+17+(-13)+16+6+12+(-5)=55 (78,57%).В отличие от двух предыдущих групп, графически представить интегральный уровень демографической безопасности для группы индикаторов здоровья населения можно не как синусоиду, а в виде параболы с вершинами в 1990 и 2020 г. Однако данную кривую повторяет лишь один индикатор – «Зарегистрировано больных с диагнозом "активный туберкулез"», тогда как все остальные факторы либо стабильно идут вверх, либо также стабильно падают вниз. Позитивная динамика наблюдается среди показателей заболеваемости психическими расстройствами (сокращение в 2020 г. на 43% по сравнению с 1990 г.), алкоголизма (сокращение на 80%), ЗПП (сокращение на 55%). Наиболее позитивно выглядит индикатор младенческой смертности, который за 30 лет сократился в три раза, что, несомненно, говорит об улучшении общего состояния здоровья и уровня жизни граждан России.Наиболее негативная динамика группе индикаторов здоровья населения наблюдается у двух связанных между собой показателей: «взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом: наркомания и токсикомания» и «зарегистрировано больных с диагнозом ВИЧ, установленным впервые в жизни». Несомненный скачок данных показателей за 30 лет требует категоричных действий от государства и общества: улучшать борьбу с распространением наркотиков и проводить пропагандистскую работу с населением. 4. Политические последствия демографических процессов в РоссииПо мнению автора, основными демографическими вызовами для политической сферы в России являются депопуляция населения (индикатор 1.1), старение населения (индикаторы 2.2 и 2.3) и увеличивающиеся темпы диспропорциональности расселения (индикаторы 1.5 и 1.6). Сравнивая динамику населения России с соседним Китаем, США, Индией и странами Черной Африки и Ближнего Востока, амбиции России на статус сверхдержавы выглядят необоснованно. Если сравнить долю населения России с мировым, то в 1900 г. доля проживающего на территории современной РФ населения к мировому населению составляла 4,6% (8% для всей Российской империи), а к 2015 г. этот показатель упал до 1,89 %[26]. В начале XX в. Российская империя была четвертой по численности страной в мире (71 млн чел.), в 1991 г. СССР занимал третье место (294 млн чел.), современная Россия занимает девятое место (145 млн чел.), а к 2100 г. опустится до 22 места (по среднему прогнозу ООН ≈126 млн чел.)[27]. Можно сделать вывод о снижении демографического веса России. При сохранении нынешних демографических тенденций по численности населения Россию численно потеснят такие страны, как Мексика, Филиппины, Египет, Иран, Турция[28]. Данные страны не только вырастут в численности, но и в силе, возможностях и политических притязаниях.Депопуляция приводит к уменьшению плотности населения, сегодня для России она равняется 8,9 чел. на квадратный километр, а к 2100 г. уменьшится до 7,7. Для примера, сегодня плотность населения у Китая – 153, США – 36, Европы – 33 чел. на квадратный километр. Богатая на ресурсы, но малонаселенная территория России, особенно ее азиатская часть, может стать предметом геополитических претензий других государств. С 1990 г. население Сибири и Дальнего Востока уменьшилось на 4,1 млн чел. В основном это объясняется внутренней миграцией в центральную и западную части страны. При этом данный регион является пограничным с КНР. Появляются риски миграционного давления со стороны такого соседа. Следующим политическим моментом, связанным с неравномерным распределением населения по территории России, является потенциальное ослабление федеральной власти в этнических субъектах Российской Федерации. Диспропорции в уменьшении населения более всего прослеживаются в этническом аспекте, поскольку основная часть депопуляции затрагивает русское население (индикатор 1.4). За период между переписями населения 2002−2008 гг. русская народность сократилась на 4,87 млн чел. (4%). Исторически сложилось, что российская государственность формировалась «под русских», интегрирующих евразийское пространство. При этом именно государствообразующий народ понес наибольшие демографические потери с развалом СССР, что отрицательно сказывается на общей российской государственности.По мнению автора, основной демографической угрозой для развития России является старение населения. Политические последствия для общества от происходящих одновременно сдвигов в демографической структуре населения будут катастрофичны. В скором времени доля пенсионеров возрастет с трети до половины, что повлияет на распределение ресурсов государства в сторону социального обеспечения, «оголяя» другие важные сферы, в частности обеспечение безопасности. Нарастающие темпы старения населения приводят к изменениям в идеологических запросах электората России. Уже сегодня в российской половозрастной пирамиде мы наблюдаем относительное преобладание женщин старших возрастов (индикатор 2.7). Их доля к общему населению России составила 14,5%, тогда как мужчин старше 60 лет всего лишь 7,6%. При этом в российской половозрастной структуре доля молодежи (15-35 лет) не на много превышает страту пожилых людей – 24,1%. Данные две страты являются наиболее политически активными, однако они имеют различные модели политического поведения. Молодежи в основном свойственна протестно-уличная активность, тогда как старшая возрастная страта действует более консервативно – через институт выборов. Это привело к тому, что основной электоральной группой современной России являются женщины старше 55 лет и, как следствие, происходит смещение электоральных запросов в сторону социальных ценностей – образования, здравоохранения, комфортной среды [42, с. 184].    РезюмеВ настоящем исследовании мы провели индикативный анализ демографической безопасности России. Демографическая безопасность, в понимании автора, является политической категорией, выражающей связь между демографическими характеристиками населения и политическими интересами государства. Как следствие, именно уровень демографической безопасности является показателем влияния демографических процессов на политическую сферу.Были выделены 24 демографических индикатора, которые оказывают наибольшее влияние на политическую сферу России. Определение количественной оценки уровня демографической безопасности происходило за счет сравнения реального показателя к оптимальному. Интегральная оценка выделенных индикаторов проводилась по тематическим группам показателей: индикаторы численности и размещения населения (1), индикаторы структуры населения (2), индикаторы здоровья населения (3). Хронологическими рамками нашего исследования выступил период 1990−2020 гг. Общие результаты исследования представлены в графике №1.Таким образом, проведенный индикативный анализ тенденций демографического развития Российской Федерации за период 1990−2020 гг. позволяет сделать следующие выводы:1. Динамика демографической безопасности России носит синусоидальный характер с верхними точками в 1990 и 2015 г. В эти периоды наблюдаются положительные тенденции естественного и механического движения населения. Худшие показатели выявлены в 2000 г., когда убыль населения достигла рекордных 950 тыс. чел. в год. Подобная динамика является следствием волнового характера демографических процессов в России, выраженных в чередовании относительно многолюдных (1990, 2015 г.) и малолюдных поколений (2000−2004 гг.). Согласно данной модели, с приходом в фертильный возраст малочисленного поколения 1990-х началась тенденция спада, что отчетливо проявилось в интегральных показателях 2020 г. 2. Среди частных показателей демографической безопасности наибольшую опасность для развития государства представляют следующие индикаторы: старение населения, доля ВИЧ инфицированных, распространение алкоголизма и наркомании. Как было выявлено, за период с 1990 по 2020 г. доля людей старше 60 лет возросла с 18 до 28%, что в 2,3 раза больше оптимального показателя. Уровень демографического старения общества в России будет продолжать расти, в конечном итоге пожилая страта станет самой многочисленной демографической группой в стране, что усугубит и другие демографические показатели, прежде всего, связанные с естественным воспроизводством населения. Наиболее существенной проблемой у молодой демографической страты является чрезмерное распространение социально значимых заболеваний – наркомании и ВИЧ. Исследователями показано, что большая часть ВИЧ-инфицированных – потребители инъекционных наркотиков, поэтому эти две проблемы идут в неразрывной связке [40]. Как видно из опыта многих стран, распространение ВИЧ приводит к социально-экономическому кризису. При этом фактор инфекции также негативно сказывается на большинстве демографических показателей – снижаются рождаемость и ОПЖ, повышаются смертность, инвалидность и заболеваемость населения, что только усугубляет демографический кризис. 3. Основным демографическим вопросом для политической стабильности государства на ближайшее поколение будет являться проблема увеличения миграционных потоков в страну. Определенность смены поколений в России обуславливает снижение рождаемости, начиная с 2015 г., когда в фертильный возраст вошло немногочисленное поколение начала 1990-х годов. При этом с каждым годом показатели старения населения увеличиваются, что означает невозможность сохранения положительных показателей естественного воспроизводства населения. Единственным средством для стабилизации численности населения является привлечение миграционных потоков, однако данный политический запрос является крайне дискуссионным. У России есть несколько стратегий для решения миграционной проблемы. Наиболее простым средством для увеличения населения страны является стратегия открытых границ, однако не стоит забывать, что мигранты имеют другую культуру и систему ценностей, часто не совпадающих с культурой и системой ценностей принимающей страны. Открытые границы также ведут к сверхурбанизации, поскольку мигранты в большинстве случаев выбирают для места жительства города с наиболее высокоразвитой инфраструктурой. По мнению автора, бесконтрольное увеличение миграционных потоков приведет к экстремизации и криминализированности групп мигрантов. Националистическая стратегия, напротив, направлена на ограничение миграционных потоков в страну, она опирается на антииммигрантские настроения и мигрантофобию, а также полностью зависит от веры в возможность естественного воспроизводства населения. Уже сегодня в политическом дискурсе звучат призывы полностью остановить миграцию, однако это сделать не только невозможно, но и экономически невыгодно. Таким образом, российским властям придется обратиться к миграционному ресурсу и потратить огромные средства для адаптации мигрантов в российское общество.4. Демографические процессы со всей очевидностью заставляют поднять комплекс политических вопросов. В частности, они оказывают непосредственное влияние на геополитический статус государства, направление социальной политики, политическую стабильность. Проанализированная автором демографическая динамика ставит под угрозу демографический суверенитет России. Огромная территория России в связке с малочисленным, неоднородно расселенным, стареющим населением ведет к потере геополитического статуса сверхдержавы. В XXI в. именно демографический фактор станет не просто камнем преткновения перед объективными политическим амбициям РФ, он, в худшем сценарии, явится ключевой причиной нашего ухода с исторической сцены.  [1] Численность постоянного населения в среднем за год (Витрина статистических данных) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://showdata.gks.ru/report/278930/ (дата обращения: 20.04.2021).[2] Общий прирост постоянного населения (Витрина статистических данных) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://showdata.gks.ru/report/278934/ (дата обращения: 20.04.2021).[3] Общие итоги миграции населения (по потокам передвижения) (1990-2019 гг.) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/population/demo/migr1.xls (дата обращения: 20.04.2021).[4] Национальный состав населения // Всероссийская перепись населения - 2010 [сайт]. URL: https://www.gks.ru/free_doc/new_site/perepis2010/croc/Documents/Vol4/pub-04-01.xlsx (дата обращения: 20.04.2021).[5] Распределение земель Российской Федерации по категориям в разрезе субъектов Российской Федерации (на 1 января 2019 г., тыс. га) // Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии [сайт]. URL: https://rosreestr.gov.nj/upload/Doc/06-upr/O.22за2019год (по субъектам РФ).doc (дата обращения: 20.04.2021).[6] Доля городского населения в общей численности населения на 1 января (Витрина статистических данных) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://showdata.gks.ru/report/278932/ (дата обращения: 20.04.2021).[7]  Ожидаемая продолжительность жизни при рождении (1896-2019) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/Z2Rdthu9/demo26.xlsx (дата обращения: 20.04.2021).[8] Распределение населения по возрастным группам (1926-2020) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo14.xls (дата обращения: 20.04.2021).[9] Распределение населения по возрастным группам (1926-2020) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo14.xls (дата обращения: 20.04.2021).[10] Суммарный коэффициент рождаемости (1960-2019) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo27.xlsx (дата обращения: 20.04.2021).[11] Рождаемость, смертность и естественный прирост (1950-2019) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo21(1).xls (дата обращения: 20.04.2021).[12] Чистый коэффициент воспроизводства населения // Демографический ежегодник России. 2019. Стат.сб. М.: Росстат, 2019. 252 c.[13] Численность мужчин и женщин (1926-2020) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo13.xls (дата обращения: 20.04.2021).[14] Браки (1950-2019) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo31.xls (дата обращения: 20.04.2021).[15] Разводы (1950-2019) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo32.xls (дата обращения: 20.04.2021).[16] Родившиеся живыми по брачному состоянию матери // Демографический ежегодник России. 2019. Стат.сб. М.: Росстат, 2019. 252 c.[17] Life expectancy and Healthy life expectancy // Всемирная организация здравоохранения [сайт]. URL: https://apps.who.int/gho/data/node.main.688 (дата обращения: 20.04.2021).[18] Младенческая смертность (1950-2019) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/demo22.xls (дата обращения: 20.04.2021).[19] Заболеваемость психическими расстройствами и расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ // Российский статистический ежегодник. 2018: Стат.сб. М.: Росстат, 2018. 694 с.[20] Заболеваемость психическими расстройствами и расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ // Российский статистический ежегодник. 2020: Стат.сб. М.: Росстат, 2020. 700 с.[21] Заболеваемость населения социально-значимыми болезнями (2000-2019) // Федеральная служба государственной статистики [сайт]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/iv7mRWOs/zdr2-2.xls (дата обращения: 20.04.2021).[22] Заболеваемость психическими расстройствами и расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ // Российский статистический ежегодник. 2020: Стат.сб. М.: Росстат, 2020. 700 с.[23] Заболеваемость психическими расстройствами и расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ // Российский статистический ежегодник. 2020: Стат.сб. М.: Росстат, 2020. 700 с.[24] Заболеваемость психическими расстройствами и расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ // Российский статистический ежегодник. 2020: Стат.сб. М.: Росстат, 2020. 700 с.[25] Estimated infant mortality per 1000 live births (world health report) // Всемирная организация здравоохранения [сайт]. URL: https://gateway.euro.who.int/en/indicators/hfa_73-1100-estimated-infant-mortality-per-1000-live-births-world-health-report/visualizations/#id=18878&tab=table (дата обращения: 20.04.2021).[26] Total Population – Both Sexes // United Nations Department of Economic and Social Affairs [site]. URL: https://population.un.org/wpp/Download/Files/1_Indicators%20 (Standard) /EXCEL_FILES/1_Population/WPP2019_POP_F01_1_TOTAL_POPULATION_BOTH_SEXES.xlsx (дата обращения: 20.06.2021).[27] Country comparison: total fertility rate // Central Intelligence Agency (CIA): [сайт]. https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/index.html (дата обращения: 07.07.2021); World Population Prospects // United Nations Department of Economic and Social Affairs: [site]. URL: https://esa.un.org/unpd/wpp/DataQuery (дата обращения: 20.06.2021).[28] World Population Prospects // United Nations Department of Economic and Social Affairs: [site]. URL: https://esa.un.org/unpd/wpp/DataQuery (дата обращения: 20.06.2021).