<!DOCTYPE article
PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.4 20190208//EN"
       "JATS-journalpublishing1.dtd">
<article xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" article-type="research-article" dtd-version="1.4" xml:lang="en">
 <front>
  <journal-meta>
   <journal-id journal-id-type="publisher-id">Journal of Foreign Legislation and Comparative Law</journal-id>
   <journal-title-group>
    <journal-title xml:lang="en">Journal of Foreign Legislation and Comparative Law</journal-title>
    <trans-title-group xml:lang="ru">
     <trans-title>Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения</trans-title>
    </trans-title-group>
   </journal-title-group>
   <issn publication-format="print">1991-3222</issn>
   <issn publication-format="online">2587-9995</issn>
  </journal-meta>
  <article-meta>
   <article-id pub-id-type="publisher-id">40133</article-id>
   <article-id pub-id-type="doi">10.12737/jflcl.2020.045</article-id>
   <article-categories>
    <subj-group subj-group-type="toc-heading" xml:lang="ru">
     <subject>МЕЖДУНАРОДНОЕ И ИНТЕГРАЦИОННОЕ ПРАВО. ЕВРОПЕЙСКОЕ ПРАВО</subject>
    </subj-group>
    <subj-group subj-group-type="toc-heading" xml:lang="en">
     <subject>INTERNATIONAL AND INTEGRATION LAW. EUROPEAN LAW</subject>
    </subj-group>
    <subj-group>
     <subject>МЕЖДУНАРОДНОЕ И ИНТЕГРАЦИОННОЕ ПРАВО. ЕВРОПЕЙСКОЕ ПРАВО</subject>
    </subj-group>
   </article-categories>
   <title-group>
    <article-title xml:lang="en">Commentary on the Decision of the European Court of Human Rights in “Breyer v. Germany”</article-title>
    <trans-title-group xml:lang="ru">
     <trans-title>Комментарий к постановлению Европейского суда по правам человека по делу «Брейер против Германии»</trans-title>
    </trans-title-group>
   </title-group>
   <contrib-group content-type="authors">
    <contrib contrib-type="author">
     <name-alternatives>
      <name xml:lang="ru">
       <surname>Дедов</surname>
       <given-names>Дмитрий Иванович</given-names>
      </name>
      <name xml:lang="en">
       <surname>Dedov</surname>
       <given-names>Dmitriy Ivanovich</given-names>
      </name>
     </name-alternatives>
    </contrib>
    <contrib contrib-type="author">
     <name-alternatives>
      <name xml:lang="ru">
       <surname>Гаджиев</surname>
       <given-names>Ханлар Иршадович</given-names>
      </name>
      <name xml:lang="en">
       <surname>Gadzhiev</surname>
       <given-names>Hanlar Irshadovich</given-names>
      </name>
     </name-alternatives>
    </contrib>
   </contrib-group>
   <volume>6</volume>
   <issue>5</issue>
   <fpage>1</fpage>
   <lpage>1</lpage>
   <self-uri xlink:href="https://jzsp.ru/articles/article-3055.pdf">https://jzsp.ru/articles/article-3055.pdf</self-uri>
   <abstract xml:lang="ru">
    <p>Стремительное развитие цифровых технологий сопровождается ростом осуществления массовых наблюдений, что непосредственно касается проблемы сбора, обработки и хранения персональных данных. Сторонники расширения использования массового наблюдения утверждают, что, хотя оно и сопряжено с вмешательством в частную жизнь граждан, но в то же время служит эффективным средством обеспечения необходимого уровня безопасности и предотвращения преступности. Вместе с тем очевидно, что государство обязано поддерживать разумные ожидания неприкосновенности частной жизни, обеспечивая эффективную и полную защиту основных прав и свобод человека и, в частности, защиту персональных данных, основанную на требованиях Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Европейский суд по правам человека в деле «Брейер против Германии» решил, что юридически необходимое неизбирательное хранение абонентской информации поставщиками телекоммуникационных услуг не нарушает ст. 8 указанной Конвенции. Суд установил, что рассматриваемое вмешательство было довольно ограниченным по своему характеру, сославшись при этом на рассмотренные как самим Судом, так и Судом ЕС дела, которые подтверждают его вывод об отсутствии нарушения. Однако согласно особому мнению судьи К. Ранзони гарантии по защите персональных данных в рассмотренном деле нельзя считать эффективными, поскольку доступ к личным данным может быть получен с легкостью, автоматически, и закон не предусматривает каких-либо ограничений против возможного злоупотребления. Кроме того, законодатель не предоставил эффективных средств защиты, включая судебный контроль за доступом к персональным данным. Суд проявил избирательный подход при обосновании своих выводов, не обратив внимания на все критерии, выработанные как им самим, так и Судом ЕС.</p>
   </abstract>
   <trans-abstract xml:lang="en">
    <p>Стремительное развитие цифровых технологий сопровождается ростом осуществления массовых наблюдений, что непосредственно касается проблемы сбора, обработки и хранения персональных данных. Сторонники расширения использования массового наблюдения утверждают, что, хотя оно и сопряжено с вмешательством в частную жизнь граждан, но в то же время служит эффективным средством обеспечения необходимого уровня безопасности и предотвращения преступности. Вместе с тем очевидно, что государство обязано поддерживать разумные ожидания неприкосновенности частной жизни, обеспечивая эффективную и полную защиту основных прав и свобод человека и, в частности, защиту персональных данных, основанную на требованиях Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Европейский суд по правам человека в деле «Брейер против Германии» решил, что юридически необходимое неизбирательное хранение абонентской информации поставщиками телекоммуникационных услуг не нарушает ст. 8 указанной Конвенции. Суд установил, что рассматриваемое вмешательство было довольно ограниченным по своему характеру, сославшись при этом на рассмотренные как самим Судом, так и Судом ЕС дела, которые подтверждают его вывод об отсутствии нарушения. Однако согласно особому мнению судьи К. Ранзони гарантии по защите персональных данных в рассмотренном деле нельзя считать эффективными, поскольку доступ к личным данным может быть получен с легкостью, автоматически, и закон не предусматривает каких-либо ограничений против возможного злоупотребления. Кроме того, законодатель не предоставил эффективных средств защиты, включая судебный контроль за доступом к персональным данным. Суд проявил избирательный подход при обосновании своих выводов, не обратив внимания на все критерии, выработанные как им самим, так и Судом ЕС.</p>
   </trans-abstract>
   <kwd-group xml:lang="ru">
    <kwd>цифровые технологии</kwd>
    <kwd>защита данных</kwd>
    <kwd>частная жизнь</kwd>
    <kwd>хранение информации</kwd>
    <kwd>вмешательство</kwd>
    <kwd>баланс интересов.</kwd>
   </kwd-group>
  </article-meta>
 </front>
 <body>
  <p>No data</p>
 </body>
 <back>
  <ref-list>
   <ref id="B1">
    <label>1.</label>
    <citation-alternatives>
     <mixed-citation xml:lang="ru">No data</mixed-citation>
     <mixed-citation xml:lang="en">No data</mixed-citation>
    </citation-alternatives>
   </ref>
  </ref-list>
 </back>
</article>
