Контакты между культурами и коммуникация между людьми и идеями — одна из самых интересных форм коммуникации, существующих в человеческой цивилизации. Одной из таких систем геополитических и межкультурных коммуникаций было евразийство. По серьезности исследования российской истории и государственности, по глубине проникновения в этнические и духовные истоки русской культуры, по силе прозрения в грядущие пути отечества евразийская школа заметно выделяется среди других движений эмигрантской мысли. Высочайший философский и научно-культурный потенциал евразийцев, сосредоточивших в своих рядах значительные интеллектуальные силы зарубежья, признавали даже их непримиримые противники.К евразийской школе относилась целая плеяда ярких и талантливых литераторов, философов, историков, публицистов, экономистов первой волны эмиграции. Среди наиболее известных — географ, экономист и геополитик П.Н. Савицкий; философ Л.П. Карсавин; лингвист, филолог и культуролог Н.С. Трубецкой; историк Г.В. Вернадский; музыковед и искусствовед П.П. Сувчинский; религиозные философы и публицисты Г.В. Флоровский, В.Н. Ильин; критики и литературоведы А.В. Кожевников (Кожев), Д.П. Святополк-Мирский; правовед Н.Н. Алексеев; востоковед В.П. Никитин; писатель В.Н. Иванов; экономист Я.Д. Садовский. И хотя профессиональных востоковедов в этом списке мало, евразийцы сделали очень много для развития философии востоковедения.Историософскому зрению евразийцев была присуща особая пространственно-временная оптика, творческое восприятие истории, позволившее сквозь привычный образ России увидеть такую историческую и географическую реальность, как континентматерик со своей неповторимой судьбой — Евразию. Они сумели поставить проблему Запад–Восток с предельной остротой и глубиной. Евразийство рассматривало русскую культуру не просто как часть европейской, но как самостоятельную евразийскую культуру, вобравшую в себя опыт не только Запада, но и в равной мере Востока. Русский народ с этой точки зрения нельзя относить ни к европейцам, ни к азиатам, ибо он принадлежит к совершенно самобытной этнической общности — Евразия. Подобная двусоставность русской культуры и государственности (одновременное присутствие европейских и азиатских элементов) определяет и особый исторический путь России, ее своеобразную национально-государственную программу, не совпадающую с западноевропейской традицией. Причем восточные истоки для России внутренне ближе западных.