Особый публично-правовой статус государственных служащих, как Монголии, так и России, обусловленный исполнением полномочий государственных органов, налагает на данную категорию лиц ряд специальных установленных законами требований, запретов и ограничений. Вне зависимости от места и времени служащим необходимо учитывать, что их поведение должно всецело соответствовать требованиям, запретам и ограничениям и не допускать поступков, способных вызвать сомнения в их честности и порядочности.Профессиональная деятельность служащих, замещающих руководящие должности, как правило, носит публичный характер, такие служащие легко узнаваемы, непосредственно ассоциируются с государственными органами, в связи с чем, обращают на себя внимание общества, включая средства массовой информации, в том числе и во внеслужебное время.В связи с этим приобретает особую актуальность проведение исследования проблем урегулирования конфликта интересов как одного из основных способов противодействия коррупции в системе государственного управления. Анализу проблем противодействия коррупции в системе государственной службы посвящено множество работ известных ученых с «мировым именем», таких, как С. Кохли, X. Лесли, С. Роуз-Акерман, Р. Уильям, М.Т. Чарльз, П.С. Яни и др. Среди монгольских ученых, выделим труды: Э. Авирмэд, С. Жалан-Аажава, М. Сангдоржа, Б. Ширэндыба и Б. Чимида, рассмотревших отдельные вопросы особенностей государственной службы Монголии, а также их российских коллег, таких, как: Б.В. Волженкин, Б.В. Здравомыслов, П.А. Кабанов, А.И. Кирпичников, Б.В. Коробейников, А.В. Куракин, B.E. Мельников, А.А. Морозов, М.Ф. Орлов, Г.А. Сатаров, К.С. Соловьев, Ю.А Тихомиров и др. Психолого-педагогическое исследование коррупционного поведения представляет собой на сегодняшний день лишь перспективное направление. Можно отметить ряд российских работ в этой области Ю.М. Антонян, 2003; П.Н. Балыков, Е.Л. Богданова, О.А. Дорошкова, Ю.Е. Петерикова, М.В. Федотова, 2010; О.В. Ванновская, 2009, 2010; Д.В. Сочивко, Е.Е. Гаврина, 2010; А.Л. Журавлев, А.В. Юревич, 2012. Проблеме противодействия коррупции в Монголии посвящены исследования: Л. Батжава, Г. Бавуу, Д. Ганхуяг, Б. Дангааcуpэн, Х. Лхагвадорж, Ч. Нямсурэна, М. Нацагдopжа, Г. Сандагсурэн и др.Проблема коррупции в последнее время приобрела для России и Монголии вполне обоснованную актуальность. Индекс коррумпированности в Монголии по состоянию на 2016 год в ежегодном рейтинге восприятия коррупции TransparencyInternational[7]равен 38, страна заняла 87 место из 176 стран (на уровне Панамы, Замбии и Колумбии). Однако по результатам 2017 году она оказалась на 104 месте из 180 стран, показав результаты как у Бахрейна, Кот-д’Ивуар и Танзании.Для России эти показатели не столь утешительны. Так для тех же годов они составляют:в 2017 году – 135-е место из 180 стран, в 2016 году – 131 место из 176 стран.Сегодня коррупция в Монгольской Республике является основной негативной характеристикой институтов государственного управления, препятствующей эффективному общественному и социально-экономическому развитию страны. В связи с этим политика в сфере противодействия коррупции является приоритетным направлением реформирования системы государственной службы Монголии.С 2010 по 2016 гг. на всей территории Монголии было зарегистрировано 1409 коррупционных преступлений и выявлено 2722 лица, их совершивших. За рассматриваемый период в Монголии произошел рост численности выявленных лиц, совершивших коррупционные преступления, на 4,7% при общем росте зарегистрированных преступлений данного вида на 78%. В России только за 2017 год зарегистрировано 29600 преступлений коррупционной направленности и 1251 должностное лицо уволено, в связи с утратой доверия [8].Анализ полученных сведений говорит об устойчивой тенденции роста коррупционной преступности за рассматриваемый период. Такие криминологические показатели свидетельствуют об ослаблении государственного и общественного контроля за деятельностью государственных служащих и лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации, в результате чего стала реальностью угроза коррумпированности различных сфер государственной деятельности и общественной жизни.Ряд российских авторов указывают, что необходимо изменение нравственно-этического восприятия коррупции населением и общественного мнения [3, 4, 5], а также организация антикоррупционного воспитания [1]. По их мнению, наряду с государственными иправовыми средствами борьбы с коррупцией необходимо формировать в гражданском обществе моральное отношение к этому явлению – формировать нравственные принципы. По мнению 52 % опрошенных граждан Монголии независимым общественным органом Монголии по борьбе с коррупцией в 2017 году рейтинг главных проблем страны возглавляют коррупция и бюрократизм [6]. Характерно, что коррупция в опросе объединена с бюрократизмом, что свидетельствует о том, что для граждан Монголии эти два явления одинаковы, потому как не позволяют реализовать свои конституционные права и добиваться надлежащего государственного обеспечения своейжизнедеятельности. Причём неважно, по каким причинам: будь это продажность чиновников и взяточничество, либо несовершенная система оказания государственных услуг, действующая таким образом, чтобы максимально затруднить гражданам получение этих услуг и устанавливающая вариативность механизмов оказания услуг, с возможностью, в зависимости от желания чиновника, отдавать предпочтение тем или иным лицам, круг которых определяет он сам по своему субъективному усмотрению.В ходе проведенного анкетирования авторами было опрошено 56 сотрудников территориальных органов МВД Монголии и 28 государственных служащих Монголии. По результатам опроса получены следующие данные:По итогам опроса (рис.1) на вопрос «Является ли противодействие коррупции в Монголии эффективным?» 80 % опрошенных ответили «Нет», 18 % – «Да».  Рис. 1. Результаты опроса в Монголии об эффективности противодействия коррупции. В ходе проведенного анкетирования, по результатам данного опроса, помимо рассмотренных выявлен также ряд иных проблемных вопросов в сфере урегулирования конфликта интересов. Респондентами названы следующие основные проблемы:– определение понятия «конфликт интересов»;– определение понятия «меры предотвращения и урегулирования; конфликта  интересов» и критерии применения мер ответственности;– отсутствие соответствующих административных процедур; – не утвержден порядок выявления конфликта интересов;– не доработана процедура уведомления представителя нанимателя о возникновении личной заинтересованности;– не предусмотрены возможности получения гражданскими служащими консультаций по вопросам конфликта интересов;– в законодательстве предусмотрены лишь «жесткие» меры урегулирования конфликта интересов;– не утвержден порядок применения мер урегулирования конфликта интересов;– проблемы родственных связей в системе государственной службы и пути их преодоления для предотвращения конфликта интересов; – совершенствование способов выявления конфликта интересов.В России авторами был проведен опрос среди 64 сотрудников органов внутренних дел. На основе анализа анкет было выявлено, что 67% считают меры по противодействию коррупции неэффективными, 33% - действенными (рис.2).Рис. 2. Результаты социологического опроса в России об эффективности противодействия коррупции. Следует заметить, что одним из критериев оценки деятельности органов государственной власти по противодействию коррупции в России и Монголии – необходимо, считать общественное мнение, поскольку другие показатели (данные ведомственных статистических отчётов) не отражают ситуацию в целом и не способны сформировать объективное мнение о динамике работы на отдельных многочисленных направлениях антикоррупционной деятельности государства.В этой связи механизмы исследования общественного мнения, характеризующего эффективность антикоррупционной деятельности государства, нуждаются, на наш взгляд, в объективизации с тем, чтобы обоснованность выводов по результатам исследования общественного мнения не подвергалась критике со стороны общества. Параметры сравнения периодов должны стать едиными, а периоды сравнения – равными. Кроме того, по нашему мнению, методология получения и анализа общественного мнения должна стать открытой и понятной, а результат – проверяемым.Общественное мнение должно стать не только эффективным механизмом в вопросереализации государственной антикоррупционной политики, но и выступать как мощный воспитательный фактор правосознания.По результатам опроса, проведенного Уланбаторским Центром изучения общественного мнения «Сант Марал фонд» в 2017 г. на вопрос «Видны ли Вам результаты борьбы с коррупцией за последний год, или нет?» 42% опрошенных заявило, что «реальных результатов нет, все остается как было», 43% считает, что «результаты есть, но они не слишком значительные». При этом половина опрошенных в 2017 году считает, что победить коррупцию невозможно в принципе (в 2012 году так считало 67%).Безусловно, принимать приведённые социологические данные за истину не следует, но высказываться о том, что антикоррупционная политика в Монголии настоящее время недостаточно результативна и требует совершенствования, на наш взгляд, основания имеются. Также, по нашему мнению, можно судить о прямой взаимосвязи уровня доверия населения к власти и государственной политике в сфере противодействия коррупции.Отметим, что, мнение о недостаточной эффективности деятельности государства по противодействию коррупции высказывается большинством исследователей и в России[1, 2, 3].В целом различные социально-психологические источники свидетельствуют о недостаточно эффективной деятельности в Монголии и России по противодействию коррупции.Если интерпретировать приведённые результаты опроса по другому, то получается, что общество в Монголии признаёт состоятельной существующую систему отношений, в которой для решения возникающего вопроса проще поступить не по закону, а по традиции. Возможно, потому, что поступив по закону, человек столкнётся с необоснованными затратами (не материальными, а пусть даже моральными) на преодоление препятствий и трудностей, которыми система взаимодействия государства и гражданина очень богата. Это считается бюрократией, хотя, если рассматривать отдельные регламенты действий государственных служащих, просматривается противоположное намерение - избавиться от бюрократии.Механизмы исследования общественного мнения, характеризующего эффективность антикоррупционной деятельности государства и воспитания правосознания, нуждаются, на наш взгляд, в определенной стандартизации подходов к процедуре опросов. Параметры сравнения периодов должны быть едиными, а периоды сравнения – равными. Методология получения и анализа общественного мнения должна стать открытой и понятной, а результат – проверяемым. Именно таким образом можно добиться своего рода обратной связи общества с государством, возможно обеспечить реальное участие представителей общественности в реализации государственной антикоррупционной политики.